После первой официальной поставки антимигренола, у нас наступило некоторое затишье. Ну, затишье относительное. Все же покупатели в аптеке не переводились. Мы же торговали не только гомеопатией. Список лекарственных препаратов был довольно широк. Но меня уже не тянуло, как в молодости, беспричинно усиливать то, или иное средство. Гораздо спокойней продавать свои препараты, к которым никто не прицепится только потому, что их не с чем сравнивать.
Именно такие мысли бродили в моей голове, когда я снова ехал в Мюнхен, чтобы отдать на исследование свой препарат, усиливающий потенцию.
Хельмут принял меня, как старого приятеля, и сразу соблазнил походом в пивную. Учитывая, что торопиться было некуда, я охотно согласился. Тем более, что Шваб повел меня в Хофбройхаус.
— Конечно, здание после бомбежки перестроено, — рассказывал он по дороге. — Но нижние этажи сохранились, там есть на что посмотреть. Может быть, посидишь на скамье, на которой сидел ваш Ленин, когда ходил сюда с со своей женой.
— Хочешь сказать, что такая скамья существует? — удивился я.
Хельмут замялся.
— Ну, скамьи то сохранились с того времени, но какая из них та самая, никто не знает.
Я хотел спросить, осталась ли в пивной скамья, встав на которую выступал тогда еще молодой Гитлер, но смущать собеседника не хотелось. Так, что лишние вопросы я благополучно оставил при себе.
Через час мы сидели за массивным столом девятнадцатого века и ожидали официантку. Я, тем временем, разбирался с, вырезанными еще в прошлом столетии, надписями.
Но вскоре пышногрудая официантка принесла нам поднос с пивными кружками с шапками пены и блюдом жареных сарделек, после чего и мы приступили к трапезе.
— Увы, — с огорченным видом заметил Шваб, закончив с первой кружкой. — Не могу себе позволить больше литра пива. Эх, где мои шестьдесят лет. Тогда я не думал о количестве выпитого. А вы, херр Циммерман, не обращайте внимания на старика, пейте сколько душе угодно, такого пива в Германии вы больше не найдете.
Пиво действительно было отличным, поэтому я заказал еще две кружки и продолжил беседовать со Швабом.
В беседе узнал много нового о конкуренции среди владельцев аптек Мюнхена. И о том, что Яков Блюменталь, потихоньку выигрывает это соревнование, владея уже чуть не третью аптек города.
Выйдя из пивной, мы распрощались, Хельмут отправился в свою лабораторию, а я на вокзал.
Сидя в вагоне, я представлял, как Шваб, придя на свое рабочее место, вертит в руках флакончик с моим средством усиливающим потенцию, и, наконец, решительно накапав десять капель в мензурку, разводит их водой и выпивает.
Конечно, это, скорее всего фантазия, но уж слишком подробно собеседник расспрашивал меня о рекомендованных дозах и времени приема, ведь для анализа препарата эти сведения особо не нужны, так, что Шваб, похоже, намеревался испробовать свое средство на себе.
Не знаю, опробовал ли Хельмут мой препарат, или нет, но через неделю он позвонил и бодрым голосом заявил, что проверка завершена, но ему необходима еще небольшая партия лекарства, для исследования на добровольцах в течение месяца.
У меня сразу появилось множество вопросов, по поводу этих добровольцев, в плане того, кто им должен будет платить и почему для антимигренола добровольцы не понадобились.
Хельмут начал мямлить что-то невразумительное, поэтому пришлось снова идти к юристам.
Солнце с утра ярко светило в окна штаб-квартиры корпорации Байер АГ в городе Леверкузен.
В очередной раз, чихнув при взгляде в окно, Вальтер Штерн, руководитель немецкой ветви корпорации, встал и сам задернул гардину.
Снова усевшись в кресло, он взял в руки сводку за последний месяц. Прочитав, недовольно хмыкнул и, включив компьютер, уставился на синие панели Нортон коммандера, светящиеся на экране монитора.
— Фрау Марта, будьте любезны, пригласите ко мне Роберта Коха — попросил он по селектору, некоторое время спустя, секретаршу.
Вскоре в его кабинете появился полный мужчина лет сорока.
— Вызывали, херр Штерн? — встревожено спросил он.
— Да, херр Кох, хотелось бы услышать ваши пояснения по поводу последней сводки. В чем собственно дело? Почему в землях Северная Рейн-Вестфалия и Бавария за два последних года почти на половину процента снизился объем аптечных заказов, в то время как в остальных землях количество поставок наших препаратов практически осталось на прежнем уровне? Вы можете это внятно объяснить?
Роберт мысленно расслабился. В снижении продаж его косяков не имелось.
— Конечно, херр Штерн, в связи с этим обстоятельством наш отдел проводил расследование. Оно еще идет, но уже сейчас можно сказать, что у нас появился в этих землях конкурент, владелец небольшой аптечной сети Алекс Циммерман.
Вальтер Штерн усмехнулся.
