— Должна быть усилена ответственность каждого чиновника за положение дел в отрасли! — высказался Борис Грызлов, заслужив один‑единственный, зато яростный хлопок в зале съезда «Единой России», и это дает шанс предполагать, что все остальные люди в зале считают себя чиновниками (и правильно делают).
Задник зала был оформлен делегатами съезда. Именно их, а не бело‑сине‑красную тканевую основу на этот раз решили использовать при убранстве зала.
Владимира Яковлева переназначили на должность полпреда по Южному федеральному округу. С этим я его и поздравил.
— Спасибо! — сердечно сказал господин Яковлев.
— И как вам в новой должности?
— Хорошо очень! — подтвердил он мои худшие предположения. — Вот вчера мы смотрели концерт художественной самодеятельности. Как красиво! Танцы такие… Я таких никогда не видел! Если вся наша жизнь будет такой же красивой и веселой, как эти танцы на сцене, будет ведь все просто чудесно!
— Но она же не будет, как на сцене.
— Не будет? — расстроился он.
— Обстановка в области стабильная и рабочая! Спасибо, Владимир Владимирович! — воскликнул губернатор Кемеровской области Аман Тулеев, не дожидаясь наводящих вопросов. — Доходная часть бюджета области превышена в полтора раза! Еще раз спасибо от всей области!
Мимо прошел новый директор Службы внешней разведки Михаил Фрадков — весь такой загадочный.
На трибуну поднялся генеральный прокурор Российской Федерации Владимир Устинов. С каждым годом слушать его становится все интереснее. Владимиру Устинову до всего есть дело.
— Прокуратура, — заявил Владимир Устинов, — едва ли не единственный государственный орган, куда простой человек может обратиться со своими горестями и житейскими проблемами.
— Сидеть‑то лучше, чем стоять, — сказал уполномоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин обращаясь к председателю Совета по содействию институтам гражданского общества и правам человека при президенте РФ Элле Памфиловой. — В хорошем смысле этого слова, — продолжил господин
— Квартиры будете дарить балеринам? — спросил Михаила Швыдкого управляющий делами президента Владимир Кожин.
— Квартиры вы дарите, — ответил господин Швыдкой.
— А за культуру вы отвечаете, — не согласился господин Кожин.
— Как у нас ситуация с социально‑экономическим положением? — спросил президента Башкирии господин Путин.
— Я думаю, — ответил Муртаза Рахимов так быстро, что подумать, по моим прикидкам, все‑таки не успел, — общественно‑политическая обстановка нормальная, а раз так, то социально‑экономическое положение тоже неплохое.
Господин Шварценеггер не мог не стать губернатором. В конце концов, если Роман Абрамович стал губернатором Чукотки, то почему Арнольд Шварценеггер не может стать губернатором Калифорнии?
При этом господин Абрамович стал губернатором Чукотки, ни разу не улыбнувшись, да и вообще не показавшись на экране. Возможно, если бы он сделал это, то и не стал бы губернатором.
— В Министерстве по природным ресурсам одни зверей охраняют, другие — сосну, третьи еще куда‑то пошли… Всю жизнь был один человек, и с ним всегда можно было договориться! — с досадой воскликнул губернатор Орловской области Егор Строев.
Он казался расстроенным, что тех времен уже не вернуть.
В зал, застенчиво улыбаясь, вошел губернатор Чукотки Роман Абрамович. Журналисты, давно разбившиеся с губернаторами на мелкие кружки по интересам, при виде господина Абрамовича побросали своих собеседников (те от изумления и вспыхнувшей ревности застыли на полуслове) и побежали к чукотскому губернатору. Это впечатляло. Десятки людей с камерами и штативами наперевес неслись, стараясь обогнать друг друга, к входу в Георгиевский зал, мертвой хваткой беря в кольцо Романа Абрамовича. В поисках спасения он двинулся было к столу с едой, интуитивно предположив, видимо, что человека, который принимает пищу, журналисты, если они воспитанные люди, должны оставить в покое.
Но ему не дали даже приблизиться к столу.
К этому моменту он, поняв, что должен двигаться (движение — жизнь, остановка — смерть), уперся в стену Георгиевского зала и, не задумываясь, повернул назад.
Увидев спасительный выход, он искренне рванулся к нему. Вдогонку еще сыпались вопросы о судьбе Александра Волошина, но господин Абрамович был для них уже недосягаем.
После встречи Владимира Путина с депутатами Госдумы я спросил у вице‑премьера Дмитрия Козака, правда ли, что, как сказал Владимир Жириновский, пока выступали депутаты, в правительственной ложе смеялись над ними.
— Да нет, он в переносном смысле имел в виду! — рассмеялся Дмитрий Козак. — Мы не смеялись в ложе!
В переносном‑то, конечно, смеялись.
Вице‑премьер Сергей Иванов, курирующий как космическую отрасль, так и науку, отойдя куда‑то на минутку, вернулся на свое место искренне взволнованным и обратился к Эльвире Набиуллиной:
— Ну вот! Каракульча (особо ценный мех, простите, ради бога, зародыша ягненка. —
