— Отличные. Дамы в восторге. Разобрали, как горячие пирожки.
Мишель сморщила гладкий лобик.
— Горэачие пирошки? What does it mean? Что это значит?
Я указал на здание ресторана. Мы уже приехали. Проспект Калинина. На углу Садового кольца.
— А вот сейчас покажу, что это такое.
Такси остановилось у входа. Длинное здание. На крыше огромная конструкция. В виде земного шара на подставке. Сложен из черно-синих плиток. Реклама «Аэрофлота».
— Ого, какой шар! — у Мишель округлились глаза. Она достала фотоаппарат из сумочки. Сфотографировала фасад.
Я расплатился с шофером. Тот подмигнул на прощанье. И умчался.
Мы подошли ко входу. Швейцар удивленно посмотрел на Мишель. И на меня. Я ведь в своей обычной одежде выглядел, как сопливый студент.
Такая девушка, как Мишель, не для меня. Стандартного пацана.
— У вас заказан столик? — он двинулся навстречу. Неужто надеялся перекрыть дорогу.
Я сунул ему пятерку. Тогда дядька любезно поклонился. Открыл дверь. Мы вошли внутрь.
Вошли мы с Калинина. Внутри просторно и светло. Широкие антресоли в виде ступенчатых террас.
— Ух ты, какой большой! — снова удивилась Мишель. — Я в жизни не видела такого большого ресторана.
Да, «Арбат» немаленький. Здесь сразу могли поместиться свыше тысячи человек. Они сидели за столиками, расположенными на нескольких площадках. Все они соединялись положили пандусами и лестницами.
Несмотря на дневное время, полно народу.
Мы прошли в большой зал. Потолок из алюминия. Освещение спрятано за металлическими пластинами. Как будто потолок парит.
— У вас заказан столик? — к нам подскочил официант. — Нет? Тогда позвольте предложить?
И отвел к дальнему залу. На стене мозаичное панно. Барельеф с древнерусскими праздничными обрядами.
Также в центре бар. Красный кирпич, дерево, искусственная кожа. И стойка, где тоже сидели люди. Потягивали коктейли.
— Как здесь красиво! — Мишель снова несколько раз щелкнула фотоаппаратом. — А можно снять эту мозаику?
Я пожал плечами.
— Да сколько угодно. Только, давай сначала перекусим. А то я проголодался.
Мишель указала тонким пальчиком наверх.
— А можно сесть на втором этаже? Там, наверное, красивый вид на улицу?
Ну что же. Пару рублей официанту. И он провел нас на второй этаж. Здесь тоже симпатичненько.
Цокольный этаж. Официант сказал, что его назвали «Лабиринтом». Из-за многочисленных лестниц и переходов. Войти можно с Садового кольца. Но он провел нас козьими тропами. И посадил у стены.
Опоры украшены декоративными стенами. С гобеленами. Кроме того, в стенах проемы-прямоугольники. Вроде как в музее. Внутри керамические вазы.
И фигурки всяких животных. Например, рядом с нами в стене стояла фигура коня. На мой вкус, слишком бесформенная. Но Мишель снова пришла в восторг.
Лампы тоже скрыты. Мебель удобная, мягкая. Сделано, вообще-то, неплохо.
— Какой красивый ресторан! — она чуть ли не хлопала в ладоши. — Надеюсь, кормят здесь не хуже. Чем он выглядит. Смотри, а вон за тем столом свадьба!
Да, действительно. Недалеко от нас за соединенными столиками сидела компания людей. Во главе — жених в черном костюме и невеста в белом платье. Сидели, между прочим, тихо и прилично. Сильно не шумели.
Все тот же официант сразу пришел за заказом. Почуял, собака, запах чаевых.
Мишель тоже не скромничала. Филе из телятины с шампиньонами. Икра с гренками. Армянский коньяк. Если бы я был обычный студент, точно бы разорился.
А так мог позволить. Утешался тем, что эти расходы могу отнести к операционным. Для дела, все-таки. Выясняю истинное нутро у Мишель. Может, получится взять компенсацию у Коренева?
— Ну давай, рассказывай, — сказала Мишель. Когда мы покончили с основным блюдом. — Я хочу знать про тебя. Больше. Можешь рассказать?
Я долил ей в рюмку.
— А что именно тебя интересует? Моя работа? Или семейное положение?
Девушка лукаво улыбнулась.
— Я знаю, что ты холост. И молод. Но меня, как журналиста, интересует твоя работа. Ты и вправду действуешь вне закона?
Я пристально поглядел на девушку.
— Это большой секрет. Как будто гостайна. Ты же не шпионка, чтобы выведывать?
Сам улыбнулся. Но следил за Мишель. Намек очень прозрачный. Ну-ка, как она отреагирует? Хотя, если профи, то ничем себя не выдаст.
— Да ладно, — мы уже прикончили половину бутылки. Мишель чуточку порозовела. И акцент стал гораздо явственнее. — Не может быть. Ты из тех таинственных типов. Которых называют «фартсофшык». Вы можете продать что угодно. Найти из-под земли. Это ведь так?
Я продолжал наблюдать за ней. Хорошо притворяется. Или она действительно опьянела.
— А зачем тебе это? Просто так? Или…
Девушка кивнула.
— Я пишу большую статью для газеты. Про торговлю в СССР. И слышала про таких людей, как ты. Хотел взять интервью. Ты можешь рассказать? На условиях анонимности.
Так, это все не есть хорошо. Вряд ли мои покровители из КГБ одобрят интервью для западной газеты. Но, с другой стороны, не отказывать же сразу. Поэтому, я спросил:
— А что именно тебя интересует?
Мишель улыбнулась.
