Фарватер Чижика полностью

Наряду с героями, покорявшими БАМ, были люди, которые жили и хорошо, и вольготно. Тот же Эдуард Володарский вспоминал, что отчисления от спектаклей составляли четыре тысячи рублей в месяц (и потому деньги, получаемые Чижиком за оперу вовсе не фантастические), что позволяло ему иметь те блага, которые для остальных оставались символами мещанства. Или загадочный Виктор Луи, имевший несколько автомобилей — «Форд», «Мерседес», «Порше», «Вольво» и др, и регулярно посещавший страны, с которыми у Советского Союза не было дипломатических отношений. Всяко было. Почему, собственно, советский инженер, учитель, врач или даже токарь не могут надеть замшевую куртку, сесть в собственный «Мерседес» и поехать в загородный ресторан отметить премию — такой вопрос не задавался. Он и сейчас не шибко-то задаётся. «Хотите денег — идите в бизнес». Десятки тысяч вакансий в больницах и школах, особенно сельских, свидетельствуют: да, ушли. До бизнеса, впрочем, дошли немногие.

— Вы знаете, как возникла идея «Двенадцати стульев»? Валя Катаев, который к тому времени был уже довольно-таки известным писателем, получил от советской власти жилплощадь и решил обставить её со вкусом, по-одесски. Начал искать мебель. А с мебелью в те годы было сложно. Советские мебельные мастерские выпускали шкафы типа «Гей, славяне», грубой рыночной работы, что не радовало тонкую Валину душу. А мебель старую, мебель дореволюционную — поди, отыщи на десятом году революции. То есть была-то она была, да расползлась за эти годы в разные стороны. Один стул из гарнитура отдадут инвалиду войны, другой — в заготконтору, третий получит иностранец-инженер на время пребывания в Москве, четвертый и пятый — в учительскую Образцовой школы-семилетки имени Григория Котовского, и так далее. Валя о двенадцати стульях и не мечтал, да у него и комната была всего одна, правда, большая, но двенадцати стульям просто не нашлось бы в них места. Но шесть стульев и стол он купить хотел, и потратил немало времени и средств, осуществляя мечту. И вот когда, казалось, нашёл, договорился, и даже уплатил двадцать рублей задатка, владельца мебели арестовывают и отправляют на Соловки — операция «Трест», слышали?

— Читал, — ответил я Виктору Луи.

Мы ехали пустынной дорогой к дачному поселку Подмосковья. Не Переделкино, но не хуже, заверил меня Луи. По делу ехали.

— Владелец арестован, мебель конфискована и распределена среди работников ГеПеУ, начинай всё сначала. И Катаев решил написать роман о стульях, увёртливых, злокозненных стульях. Но самому писать было недосуг, поручил брату Жене, который, вместе с товарищем Файнзильбергом написали то, что написали. А Валентин Катаев обзавелся хорошей мебелью уже позже, в тридцатые. Новая мебель, новая жена, дача в Переделкине. С мебелью.

Виктор Луи проникся ко мне дружескими чувствами и решил помочь обставить московскую квартиру. И потому мы сейчас едем на дачу известного драматурга, который по случаю отъезда в Израиль распродает имущество, в том числе и первоклассную мебель.

— Конечно, претендентов много, но у вас большое преимущество: ведь вы готовы заплатить долларами, да не здесь, а там, — подбадривал меня Луи.