Корабль пиратов постепенно удалялся от нас в сторону. Наше общее падение к дыре замедлилось. А когда мы прошли сингулярную точку невозврата, скорость быстро начала возрастать. Саша активировал аппарат подачи тёмной энергии, для активной защиты нашего корабля от сильной гравитации и последующего за ней сингулярного процесса ведущего к коллапсу. Вражеский корабль начал постепенно и настойчиво деформироваться, складываясь как бы вовнутрь. С ростом скорости падения, он неугомонно под силами большой и мощной гравитации быстро начал сжиматься и коллапсировать, превращаясь в небольшое, светлое пятно. Двигаясь к краю тёмного глаза граничащего с оранжевой плазмой, это пятнышко начало искриться, превращаясь в яркий пучок. Который быстро закончив своё существование, нырнул в искрящуюся плазму. К этому времени мы были у самого начала тёмного омута природной червоточины. В потоке входящей энергии находился наш корабль недолго, каким-то образом определить нашу скорость не было возможности. Вокруг нас была розовая капсула из тёмной энергии, внутри которой двигался наш корабль, сквозь червоточину. Передвигаясь по туннелю, мы предугадывали, где можем вынырнуть. Все как один сходились во мнении, где угодно, но не в нашей галактике. Ведь эта чёрная дыра была намного больше и мощнее прошлой. Туннель начала постепенно расширяться. Наша защита, тёмная энергия понемногу «выпаровывалась» от обшивки нашего корабля, быстро исчезая в открытом космосе. Кое-где начали просматриваться далёкие звёзды. Большой поток яркой энергии, выносящийся с огромной скоростью из белой дыры начал постепенно расширяться. Быстро растворяясь в космическом пространстве. По всей видимости, этот район космоса был слабозаселённой территорией. Яркие светила нам встречались очень редко, хотя и скорость у нас была огромная. Редкие звёзды, выглядели как полосы яркого света, мы бы на наших двигателях такой неимоверно высокой скорости никогда бы развить не смогли. Саша, поглядывая в иллюминатор, тихо в шутку предупредил: «Артём сбавляй скорость, а то ненароком какую-нибудь звезду насквозь пробьём».
Сбрасывая постепенно скорость, отвернули от горячего потока в сторону. Артём спокойно спросил, поглядывая на Злату: «Теперь твой компьютер сможет воспринимать окружающие звёзды?» «Сейчас всё узнаем», – быстро ответила она. Злата, с Даниилом прильнув к монитору своего компьютера-телескопа, высматривали и высчитывали по окружающим звёздам место нашего расположения. Долго они мучились, перебирая разные варианты, впереди маячили большие звёзды с различными скоплениями. Но ничего знакомого найти, мы никак не могли. Злата озадаченно пояснила: «Даже далёкие туманности я узнать не могу, а самые большие
звёзды, как будто, поменяли своё расположение, увеличив свои размеры». Долго «ломая голову» и сопоставляя все данные Злата, устало, вставая из-за компьютера, громко объявила: «Ничего не могу понять, где же мы вынырнули? Всё какое-то чужое, как будто попали совсем в другую вселенную». Даниил, продолжая внимательно обозревать окружающие звёзды, дал полное увеличение, рассматривая дальний космос с его огромными объектами. Через минут пять он подозрительно сообщил: «Так, я эту галактику недавно уже где-то видел». Увеличивая её на весь экран большого монитора, он громко огласил: «Смотрите сюда, – показывая рукой на экран, он добавил: – Это она!». Мы все устремили свой взгляд на экран корабельного монитора.
Минуту молчания нарушил заикающийся голос Ксении: «Не может быть». «Да, это она», – одобрила дрожащим голосом Злата, сразу замолчав, испугавшись своего же заключения. Саша, потирая рукой затылок, произнёс: «Так мы оказались за два с половиной миллиона световых лет от нашего дома, не может этого быть, это ведь так далеко». Я, глянув на монитор, тоже сразу её узнал, медленно, как бы в заключение подтвердил: «Это наша галактика – это он наш «Млечный путь». Мы его таким уже видели с «Магеллановых облаков». Злата тут же прокрутила запись наших съёмок с малой микро-галактики. «Да это наша галактика только в миллионы раз меньше в размерах из-за очень большого расстояния». Тут же спросила сама себя: «Так, где же мы?» И опять наступила долгая тишина, рассевшись в креслах, раздумывая над вопросом, как же мы будем возвращаться, ведь расстояние само по себе огромное.
