Глядя на всю эту картину, мы с Геной начали смеяться, смех прямо подпирал изнутри, глядя на их победоносно-виноватый вид. Ксения остерегаясь, спросила: «А он как сейчас «живой»? Я имею в виду, в данный момент активирован?» Артём спокойно ответил: «Да, но нужно у него поискать выключатель, то есть обезвредить гада до конца полёта». Там на Земле учёные его включат, оружие мы у него забрали. Саша попросил: «Злата просканируй его на взрывчатку. Вдруг он запрограммирован, очнётся, а у него под рукой самоликвидатор. Он пока под действием «наркотика». «Какого ещё наркотика, он же робот?» – тут же, не понимая шутки, спросила Ксения. «Ну, мы его пока оглушили – это и есть для него наркотик, – улыбаясь, пояснил Саша: – А после сковали двумя сетками». Злата принесла планшет со сканером, просмотрев его, сообщила: «Ни взрывчатки, ни баллонов с газом нет, всё чисто, а сам выключатель у него кодовый. Число, которое вводится на его панели, мы должны обязательно знать. Я уже загрузила данные в поисковую программу компьютера, подключив туда же его личную систему охраны. Ждём ответ. Выключим его и связанного погрузим в специальную камеру хранения, а панель ввода у него находится на груди». Выключив робота, я спросил у наших троих захватчиков: «А теперь расскажите, как же вы его выкрали?» «Да проще «пареной репы», – ответил Артём. – Вначале Злата просканировала их корабль. Оказалось, что все кроме двоих собрались возле пульта управления кораблём, а два находились, в трюме, что-то делая. Оказывается, они готовили нам подарок, минируя корабль, закладывая мощную мину возле энергетических резервуаров основного двигателя. На случай захвата нами их корабля, чтобы впоследствии всем вместе самоликвидироваться. Мы, воспользовавшись нашей корабельной камерой телепортации, мгновенно перенеслись в этот трюм их большого корабля».
– Один робот, что-то усиленно закручивал, короче был чем-то занят. Второй опешив от неожиданности, смотрел на нас, не мог никак в этой обстановке мгновенно принять решение. Мы моментально проявились из появившейся лёгкой пелены у него перед самым носом. Даниил, долго не думая, каким-то тяжелым ключом, попавшимся случайно ему под руку, резким ударом в лобную часть непонятной головы, «оболванил» этого истукана.
Я тут же поинтересовался: «А как это «оболванил»?» Артём, глядя на меня, ответил: «Ну, какой-то ты непонятливый. То есть врезал этой железякой его по лбу, он и выключился, то есть превратился в металлопластиковую болванку». «А второй?» – спросил я. «Второй робот попал под горячую руку Александру». «То есть?» – переспросил я. «Он начал доставать своё оружие, повернувшись к нам, Саша его и приговорил из своего любимого бластера, выстрелив в него. Выжженная сквозная дыра была на всю грудь, пластик с расплавленным металлом шкварчал и капал. Мы этого целого болвана упаковали и привезли сюда, ну и тяжелый же гад оказался. А перед уходом включили самоликвидатор на их же установленной мине с задержкой времени, – глянув на часы, Артём добавил. – Надо убраться подальше отсюда, двадцать минут осталось до взрыва». Долго не думая, погрузив робота в специальную камеру хранения, покинули этот район космоса. Находясь уже в зоне недосягаемости, Злата на своём экране монитора увидела зарево далёкой голубой вспышки «Это сработала мина роботов», – пояснила она.
Двигались быстро, так как нам позволял густозаселённый район этого плотного звёздного скопления. Почти возле каждой звезды были планетарные системы, астероидные поля. Иногда преграждая нам путь, попадались небольшие редкие туманности, всё это не давало нам двигаться с нужной скоростью. Почти сутки мы искали эту чёртову дыру. Под конец этих условных суток по времени и нашего терпения, Злата промолвила: «Ну, наконец, то, вот она». Высвечивая её на большой экран монитора, тут же добавила: «А какая она огромная. Я не понимаю, а каких же тогда размеров бывают червоточины в центрах больших спиральных галактик, таких как наша. Я даже представить себе не могу». Мы рассматривали этот ярко-огненный объект как кошмарный ужас, простирающийся перед нами на весь большой экран.
