Она посмотрела на него и медленно качнула головой.
– Ни то ни другое.
– Простите, кажется, я обознался. Но вы очень похожи кое на кого.
– Правда?
– Вы похожи на женщину из моих фантазий. Я хотел сказать, из приличных фантазий. Как это слово? Грёзы? Вы из моих грёз.
– Надо же.
– Как вас зовут?
Она внимательно посмотрела на него большими зелёными глазами и чуть-чуть улыбнулась.
– Меня зовут Алина.
– Божественное имя!
– Как скажете, незнакомец.
– Почему же незнакомец? Меня зовут Владимир.
– Как бармена?
– Да ну его! Он никто. Я писатель. Недавно у меня вышло собрание всех сочинений. Я отдыхаю, отмечаю. Это такая радость!
– О чём вы пишете? – спросила Алина.
– Всякое пишу. Фантастика, детективы, любовные романы. Знаете что? Я хочу написать о вас книгу.
– Какой же вы быстрый.
– Не во всём, Алина, не во всём, – сказал Свечников, ухмыляясь, как олигофрен. – А что вы пьёте?
– Красное сухое вино.
– Я хочу вас угостить!
Тут он вспомнил про пустую карту. Но Алина, к счастью, отказалась.
– Мне уже пора идти.
– Так рано?
– Уже ночь всё-таки.
– Подумаешь, ночь! – сказал Свечников. – Ночь – это ничто!
– В каком смысле?
– Во всех. Я хочу вас проводить.
Алина взглянула на него сквозь бокал.
– А я рядом живу.
– Сколько идти?
– Минут пять.
– Боже мой! – сказал Свечников. – Целых пять минут с богиней! У вас есть нож?
– Нет. А зачем?
– А газовый баллончик? Или шокер?
– Вы что, хотите меня изнасиловать?
– Конечно, нет, – сказал Свечников. Немножко соврал. – Просто вы не вооружены. А на улице опасно. Я хочу убедиться, что вы добрались в сохранности. Я стану вашим рыцарем.
– Я могу за себя постоять.
– Серьёзно?
Свечников замер, приоткрыв рот.
– Слушайте, я сейчас кое-что вспомнил. Мне тут снился очень странный сон. Но я его забыл. А теперь вспомнил.
– Ну-ка!
– Будто мы с братом идём по улице, а у него на голове огромный шлем, слепленный из говна.
Алина удивлённо кашлянула.
– Понимаете, – сказал Свечников, – ведь никакого брата у меня в жизни нет. А во сне был.
– Да уж. Поразительно!
Она допила вино и встала.
– Мне пора.
Свечников выбежал следом за ней на улицу и пошёл рядом.
– А ночь-то какая!
– Да, неплохая, – сказала Алина.
– А что это за улица, кстати? – Он огляделся, высматривая табличку.
– Улица Некрасова. Вы что, приезжий?
– Нет, просто рядом с вами я вообще ничего вокруг не вижу.
– Любопытный вы, – сказала Алина. – Правда, что ли, писатель?
– Зачем мне врать?
– И что же, серьёзно хотите написать про меня книгу?
– Не просто хочу. Но и напишу!
– Так вы же ничего про меня не знаете.
– А вы расскажите.
Она засмеялась.
– Очень оригинальный подкат.
– Клянусь, Алина, мне от вас ничего не надо. Просто пройтись с вами рядом – уже счастье.
– Спасибо, мне приятно.
– Давайте ещё немного посидим где-нибудь. Может, у вас?
– Ко мне нельзя.
– Ясно. Муж? Дети?
– Ладно. Вот ещё бар. Полчасика можем посидеть.
Они зашли. Свечников опять вспомнил про пустую карту.
– А может, ко мне? Не так уж далеко. Прогуляемся. У меня хорошо. И собака. Русский спаниель. Зовут Иван.
– Звучит, конечно, волшебно. Но к вам я не поеду. Останемся тут.
Они встали в очередь. Свечников сыпал комплиментами и в какой-то момент почувствовал, что задыхается от потока слов. Когда приблизилась их очередь, он сказал:
– Извините, я сейчас.
Быстро пересёк зал и заперся в туалете. Сердце колотилось. Кажется, всё складывалось удачно. Только с выпивкой получилось некрасиво. Но это не страшно. Он её угостит потом. А вдруг она заказала и ждёт, что он вернётся и заплатит? Сказать, что случайно уронил карту в унитаз?
Умывшись, он вернулся в зал. Алина сидела за столиком. Перед ней стояла бутылка вина и два бокала.
– Вы что, заплатили?
– Ну да.
– Ладно. В следующий раз угощаю я.
– Уверены, что он будет?
«Злится, что заплатила», – подумал он.
– Вообще не сомневаюсь.
– Ну, посмотрим, посмотрим.
Алина ухмыльнулась. Это его взбодрило. Свечников разлил вино. Себе поменьше.
– За вас!
Он сделал три маленьких глотка, внимательно глядя, как Алина опустошает свой бокал.
– Вино тут не очень, – сказала она. – Надо было остаться в том баре.
– Можем допить и вернуться туда.
– Я железная, что ли? Боюсь, меня и с этого унесёт. Вы пейте больше, а я буду пить меньше. И следите, чтобы я не потеряла самообладание, раз уж хотели стать моим рыцарем.
– Я ваш рыцарь, – сказал Свечников.
Выпоить ей почти всю бутылку оказалось делом несложным. Алина, похоже, была женщиной без тормозов. Когда вино закончилось, она, покачиваясь, сходила к бару и вернулась с новой бутылкой.
– Выпиваем эту и останавливаемся, – сказал Свечников.
От возбуждения его потряхивало.
– Ты строгий, как папочка прям, – скривилась она.
– Я могу быть и более строгим.
– Вот как? А-ха-ха…
– По праву мужика! – сказал Свечников. – Слушай, а ты не знаешь, что такое эйкудельпудель?
– Первый раз слышу.
Вскоре она стала немного клевать носом. Свечников мял ей ногу под столом, скользя ладонью от колена к бедру.
– Вова, что ты делаешь? Это массаж?
– Я не Вова! Я Владимир! Я мужик!
Свечников подскочил, издал обезьяний крик и стукнул себя кулаком в грудь. От удара он плюхнулся на стул.
– Дикое животное, – сказала Алина, морща носик.
– Но тебе нравится?
