Нужно начать с малого, с какой-то общеизвестной и приемлемой для всех истины, потом постепенно добавлять жару, отходя от истины по существу, но следуя ей по форме высказываний. Таким способом можно побудить покупать пиццу человека, который вчера еще и не думал этого делать; этим же способом можно заставить человека поверить в правдоподобную ложь.
С.Г. Кара-Мурза приводит притчу о вареной лягушке. Если живую лягушку бросить в кипяток — она почувствует боль и выпрыгнет. Если же ее опустить в котелок с холодной водой, а потом поставить его на медленный огонь — лягушка выпрыгнуть не успеет, сварится раньше, чем почувствует опасность.
Примерно по такому же принципу и велось воспитание смердяковых в статистически заметных количествах в 1980–1990 годы.
Начали с критики плохого коммуниста Сталина — и противопоставления ему хороших Ленина и «Бухарчика». Потом, когда Сталин был достаточно заплеван, вдруг обнаружилось, что и Ленин не так уж хорош. Спору нет, и Ленин, и Сталин были очень жесткими и жестокими политиками. Но для пропаганды реальных недостатков всегда оказывается мало. Поэтому, например, Ленина объявили «первооткрывателем» концентрационных лагерей. Хотя на самом деле первые концентрационные лагеря были организованы англичанами в самом начале XX века в Южной Африке для воевавших против них буров (потомков голландцев). И после этого применялись не только фашистами, коммунистами, но и либералами, в частности, в Соединенных Штатах во Вторую мировую заключили в концентрационные лагеря всех японцев, проживавших на Тихоокеанском побережье.
Разве у Ленина и Сталина не было недостатков? Зачем нужно приписывать им чужие, и путать нашу историю, и воспитывать в нас убеждение, что все, что есть в мире плохого — made in Russia/USSR?
Уже много раз в отечественной и зарубежной публицистике и литературе высказывалась мысль, что Великая Отечественная война — это последний бастион национального самосознания русских, и если его разрушить — то разрушится и самосознание народа. Это, наверное, не так. У нас в истории есть не только Великая Отечественная, но и Отечественная война 1812 года, с последовавшим вступлением русских в Париж. И Семилетняя, когда русские впервые (а всего в истории трижды) вступали победителями в Берлин. И Северная война, когда в изнуряющем противостоянии России удалось одолеть «Александра Севера» Карла XII. А еще дальше в глубь веков — Куликово поле и Чудское озеро.
Так что бастионов за нами много, была бы охота их защищать. А те, кто надеется, что вот уж эта крепость наконец-то последняя и после нее Россия рухнет, могли бы почаще вспоминать австрийского канцлера эпохи наполеоновских войн Меттерниха:
Но есть правда в том, что разрушение героических символов Великой Отечественной для увеличения поголовья смердяковых имеет важнейшее значение. И тут-то пропагандисты «варили лягушку» наиболее изощренно.
Пересмотр оценок Великой Отечественной войны с конца 80-х проходил в несколько этапов. Отметим поразительное и для всякого порядочного человека неприятное сходство положений советских (или бывших советских, эмигрантских, новорусских) ревизионистов с положениями, которые использовали Гитлер и Геббельс.
Неплохой задел был создан еще до Нюрнбергского процесса. В антисоветской пропаганде Геббельса, помимо общих положений о том, что все славяне являются недочеловеками, неизменно присутствовали три мотива.
Первый: русские командиры не способны побеждать, а если и побеждают, то только заваливая своих врагов собственными трупами. (Впрочем, для личного пользования, в своих дневниках Геббельс писал нечто другое, прямо противоположное.)
