Я жадно взглянул на алтарь: Солнцедар парил над ним в воздухе, неспешно шевеля тремя своими лепестками. А под ним, на каменной, испещренной рунами поверхности, лежали Черная Жемчужина, Великий Зеленый Орех и Изумрудное Яйцо. Вроде бы вот они, рядом, только руку протяни. Но над ними переливался прозрачный золотистый купол. Ясно, ловушка. Походу, не зря я на вора учился.
Сзади слышался топот, звон оружия, звуки боя, но я ни на что не обращал внимания. Достал Заразу и приступил к делу.
Вот так вот, с первого раза! Вот что значит максимальная Смекалка!
Прежде чем забрать ресурсы, я обвел глазами алтарь, внимательно осмотрел все вокруг него. Таинственной Пожирающей Огонь нигде не было. Твою ж…
— Где же эта долбанная спираль? — в отчаянии пробормотал я.
— А эта тебе не подойдет? — с готовностью проскрипела Зараза.
— Где⁈
— Да вот же, рядом лежит, спит.
Поняв, что речь о саламандре, я с недоумением посмотрел на нее. Она и в самом деле свернулась спиралью. Эмм… Может ли это длинное, здоровенное существо быть главным ресурсом? Невероятно.
Сзади раздался крик Баси, я резко обернулся. Недалеко от начала насыпи освободившиеся пленники сражались с большой толпой тинароллов. Мама дорогая, откуда их столько⁈ Красноглазых действительно оказалось немало, среди них были и надсмотрщики с плетями, и воины с топорами и томагавками. Но что самое страшное — один из них держал принцессу.
Тины явно побеждали, и бывшие пленники, возглавляемые Кактусом, отбивались из последних сил. Их осталось мало, большинство истекало кровью.
Медлить нельзя!
Схватив ресурсы, я запихал Солнцедар с Орехом в суму и со всех ног бросился назад. Хрен с ней, со спиралью, позже разберемся. Сейчас важно спасти Баську!
Пока я мчался по насыпи, инвиз закончился. Обновлять его не было времени. Ничего толкового в голову не пришло, поэтому я остановился, поднял над головой Жемчужину, Яйцо, и во все горло заорал:
— Отпустите ее, или я уничтожу все ваши фермы, все ваши запасы ресов!
Тины остановились, среди них наметилось легкое замешательство. Но вот они расступились, пропуская кого-то, и через несколько секунд впереди толпы появился Бурлехун. Внимательно посмотрев на меня, он обернулся и что-то сказал. К нему тут же подвели Басю. Шаман схватил ее за волосы и откинул ей голову, обнажив шею.
— Вижу, ты сделал свой выбор, — громко и веско сказал он. — Между девчонкой и ресурсами выбрал последнее. Что же, быть посему!
Он выхватил из-за пояса кинжал с изогнутым лезвием, явно ритуальный, и занес его над принцессой. У меня потемнело в глазах, не помня себя, я закричал:
— Сто-ой!
Отблески лавы угрожающе сверкнули на лезвии. И в этот миг над головой шамана мелькнула тень. Кинжал выпал из его рук, а сам Бурлехун с разодранным лицом отлетел в толпу соплеменников. В ту же секунду рядом с ним материализовался из воздуха огромный медведь и с ревом ринулся на тинов. Над его головой блестела синяя надпись:
Я рванулся вперед и еле успел подхватить потерявшую сознание принцессу. Одной рукой удерживал ее, другой сунул в суму ресурсы.
Красноглазые, ощетинившись оружием, отступили к перелеску. Они явно старались держаться от мишки подальше. К ним из-за деревьев и от гор огромными прыжками бежали другие тины. А с другой стороны, от точки телепорта к месту стычки со всех ног мчалась толпа игроков. В основном — мои соклановцы, но были и ребята с другими названиями над головой. Папа на бегу управлял питомцем, одновременно раздавая указания.
Из груди вырвался вздох облегчения. Сработало! Хотя я, давая указания Гаазу, особо не надеялся. Отправил его к Кафке, так как помнил, что чародей умеет писать огненными буквами. Вот их-то и попросил нанести на поверхность шлема Удона, и даже текст продиктовал. Не Шекспир, конечно, но первое, что пришло в голову:
Это четверостишие было, можно сказать, для затравки. А вот в следующем я изложил мысль, ради которой и придумал эту галиматью.
Я попросил Гааза со всем этим хозяйством пойти в храм-пещеру и отдать шлем Главному служителю Гурумону. Причем сказать, что так и было. В смысле, что он сам его нашел в саркофаге Удона, и тут же проступила надпись.
