Такеи в этом году исполнилось сорок восемь, и все знали об этом, хотя он красил волосы в темный цвет, чтобы выглядеть моложе. У него было совершенно невыразительное лицо, на котором было трудно сосредоточиться. Стоя у стены, он, казалось, растворялся на ее фоне. Он уже собирался укрепить прицел и вставить магазин, как Канесиро решительно заявил, что пора приниматься за дело. На первой ходке Такеи, Канесиро и Мори взялись нести металлические ящики, а Хино и Ямада достались промасленные свертки.
Мори ехал на велосипеде вдоль авеню Марина, затем продолжил путь через запущенный и унылый жилой район Тоёхама. Слева через дорогу располагалась начальная школа. Была только середина обеденного перерыва, но внезапно раздался школьный звонок (его мелодия «динь-дон-дан-дон» навевала ностальгию), и голос из громкоговорителя возвестил: «Внимание всем учащимся! Всем срочно вернуться в свои классы!»
Колыбельный звук звонка казался неуместным среди вызванной приближением конвоя ЭКК суеты. Большая часть учеников послушно направились по классам, но некоторые побежали к главным воротам, откуда открывался хороший вид на улицу. Прохожие начали привыкать к характерному звуку двигателей бронетранспортеров, и при их приближении уже никто не разбегался по сторонам.
Накануне в парке Охори погибло много людей. «Эн-эйч-кей» транслировало съемку бойни бесчисленное количество раз. Камеры снимали с высоты птичьего полета. Хотя в их объективы и попало несколько смертей, с земли Мори увидел куда больше ужасных вещей. Телевизионщики не дали кадры, на которых у людей отлетают конечности, раскалываются головы, и пули превращают тело ребенка в кровавое месиво. Но даже без этого на телезрителей выпуски новостей произвели огромное впечатление. Никому еще не приходилось видеть, как японцы падают, скошенные пулями, — разумеется, за исключением кадров документальных фильмов более чем полувековой давности. Удивительно, но городские власти так и не выдали каких-либо инструкций и рекомендаций. Они даже не предупредили, чтобы люди держались подальше от бронированных машин. По телевизору прозвучала рекомендация проявлять осторожность при возникновении каких-либо «потенциально опасных ситуаций», и на этом все. Даже школьное руководство никак не объяснило ученикам, почему они должны вернуться в классы при появлении конвоя. Вероятно, оповещения людей о том, что им не следует приближаться к колонне Специальной полиции, могли оказаться противоречивыми, и поэтому было решено отказаться от такого шага.
Как бы то ни было, из офисов, супермаркета, почтового отделения и окрестных магазинов на улицу спешили служащие и покупатели, чтобы поближе посмотреть на колонну. Люди выстроились на краю тротуаров, словно во время марафона или демонстрации. Некоторые курили, другие попивали из банок сок, кто-то оживленно общался с приятелями. Несмотря на вчерашнюю трагедию в парке Охори, никто не боялся полицейской колонны, потому что видели по телевизору, как развивались события. Всем было понятно, что именно там произошло и кто виновен в случившемся.
А произошло вот что. В самом начале второго часа дня два офицера Специальной полиции ЭКК и пятеро полицейских префектуры проникли в здание, чтобы произвести арест некоего преступника. Спустя несколько минут на втором этаже раздался громкий взрыв. Когда к зданию бросились четверо полицейских, со стороны автостоянки из припаркованных там туристических автобусов началась стрельба. Все это было заснято с вертолета «Эн-эйч-кей», да и свидетелей хватало: факт был в том, что первыми открыли огонь люди из Специальной штурмовой группы префектуры Осака, засевшие в автобусах, которые сыграли роль троянских коней. Одному из корейцев пуля попала в шею, и он рухнул на землю, словно марионетка с обрезанными нитками, обезглавленный выстрелом. Остальные трое открыли ответный огонь из винтовок и ручных пулеметов. Посетители парка в панике бросились кто куда. Срикошетившая пуля разбила окно ресторана. Посетители выбежали на улицу, причем некоторые из них сразу же оказались на линии огня. Упади они сразу на землю, хоть бы и в грязь, возможно, и остались бы невредимыми, но никто из них не имел ни малейшего понятия, что полагается делать, если ты попал в перестрелку.
Подоспевшее подкрепление ЭКК огнем из автоматической пушки полностью уничтожило автобусы с людьми из Штурмовой группы. Многие, оказавшиеся в тот момент в парке, — и среди них Мори, — инстинктивно бросились в сторону корейцев, укрываясь от огня своих же спецназовцев, которые палили, видимо, не слишком заботясь о возможных жертвах среди гражданских.
Сам по себе инцидент только послужил на руку Корпусу Корё. По иронии судьбы благодаря «упреждающим» действиям вырубленной Специальной штурмовой группы корейцы завоевали полное доверие местного населения. Теперь за их конвоями бегало огромное количество детей, а за арестами наблюдали целые толпы народу.
