— Что он сказал? — поинтересовался Мацуяма, на что Феликс ответил, что по-французски это, кажется, означает «пожалуйста». Феликс свободно говорил по-английски и по-испански и понимал по-итальянски и по-французски, но мало читал на родном языке.
Восемнадцатилетний Орихара с лицом семидесятилетнего старца спускался по лестнице под погребальные напевы француженки. На нем были коричневый берет, форма бежевого цвета, а вооружен он был какой-то странной штукой, напоминавшей музыкальный инструмент.
Орихара первый придумал «сатанинскую» идею и долго изучал материалы о том, как проводить настоящие сатанинские обряды. Мори как-то спросил его, в чем заключаются эти самые обряды, и тот ответил, что на внутренней стороне недубленой козлиной шкуры нужно рисовать всякие непонятные знаки чернилами из крысиной крови, свиной мочи и порошка из истолченных крысиных же костей, а потом вывешивать все это на окне. Сначала Мори думал, что лицо Орихары состарилось именно из-за этих самых ритуалов, но скорее у него был врожденный дефект.
Спустившись, Орихара встал в один ряд вместе с Сато, Кондо и Сибатой. Затем он взял в левую руку свое странное оружие и направил указательный палец в потолок. Такеи пропел: «Sous le ciel de Paris coule la Seine» («Под небом Парижа течет Сена») — и обошел вокруг Орихары, разведя руки, как будто собирался обнять его.
— Это форма солдат французской Одиннадцатой парашютной бригады, которая отличилась во время Алжирской войны за независимость, превратившись в подразделение столь же опасное, как и мешок с кобрами. Да, песня эта из жанра шансон… А теперь… Все готовы? Вот знаменитая FAMAS, штатная винтовка французской армии, в просторечии — «горн». Стреляет 5,56‑миллиметровыми патронами НАТО со скоростью девятьсот выстрелов в минуту. Скажу вам, чтобы заполучить комплект формы десантника вместе с «горном», мне потребовалось приложить немало усилий. Всем спасибо! Огромное спасибо!
Такеи чинно поклонился и сделал рукой движение, словно эстрадный певец после окончания песни.
Канесиро, кажется, сильно впечатлила FAMAS — он принялся хлопать в ладоши. Остальные присоединились к нему. Мацуяма и Феликс заложили пальцы в рот и сопроводили аплодисменты свистом. Орихара поднял сжатые кулаки вверх и подпрыгнул с видом боксера, отправившего соперника в нокаут. Улыбаясь, он обнажил почти все свои зубы — и все смогли убедиться, что они у него темно-коричневого цвета. Вероятно, это было следствием какого-то особого сатанинского ритуала, о котором Мори еще не слышал.
— Где же Такеи-сан достал все это? — негромко произнес сидевший за Мори Окубо.
— Да много где, как мне кажется, — ответил Мори.
Он слышал, что большую часть своего арсенала Такеи приобрел через Россию и Филиппины, и это было не так сложно, как можно было подумать. Поговаривали, что если отправиться на Хоккайдо, на канал Отару, то можно собственными глазами увидеть, как русские моряки продают подросткам пистолеты ТТ. Однако Мори никогда не слышал, что в свободной продаже имеются снайперские винтовки и пулеметы. Благодаря своим связям с йеменскими боевиками Такеи мог связаться с контрабандистами из России и Филиппин, которые платили экипажам торговых судов, чтобы те доставили нужный груз в порт Хаката, бухту Куре или в Кобе. Суда шли под разными флагами, как правило, филиппинскими, Мьянмы, Малайзии и Индонезии. Иногда это были латиноамериканские страны: Панама, Чили или Аргентина. Проще всего было получать оружие из стран бывшего Восточного блока — скорее всего, из-за отсутствия единой базы серийных номеров. Впрочем, на черном рынке всегда можно приобрести АК за сто долларов.
По лицу Кондо по-прежнему катился пот, и он плачущим голосом попросил чего-нибудь попить. Исихара подошел к нему и, потрогав его белый маскхалат, со смехом осведомился, в какую сторону тот смотрел, когда у него случился бой в снежки с белым медведем. Не прекращая своих вихляющих движений, он снова рассмеялся. Никто не мог заранее предсказать, что именно забавного или интересного таится за этим смехом, но сам Исихара явно что-то имел в виду. Он никогда не говорил слишком много, поэтому нужно было просто подождать и посмотреть, что из этого выйдет.
— Что ты хочешь выпить? — спросил Синохара.
— «Покари Свит», — сказал Кондо.
— Я тоже! — одновременно раздалось несколько голосов.
Татено и Хино направились вместе с Синохарой на кухню и вскоре вернулись с подносами, уставленными бумажными стаканчиками с безалкогольными напитками, бутылками с минералкой и картонными пакетами с молоком. Исихара попросил принести ему большой бокал пива, которое с жадностью выпил. Канесиро пил из бумажного стаканчика, ровно наполовину наполненного минеральной водой. Татено и Хино пили чай улун, Синохара и Феликс — молоко, а Кондо вместе с остальными сатанистами предпочли «Покари Свит». Мори с Ямадой остановились на чае. Никто, кроме Исихары, не пил алкоголь. У Мори от спиртного начиналась головная боль, а Ямада рассказывал, как однажды он отведал того, что пил его отец, и его тотчас же вырвало.
