- Страсти какие! – Толстый стал спешно избавляться от плаща, как будто решил, что что запросто может прямо сейчас встретить страшного ёкая и стать тем, кто ему не нравится, например за наличие похожей одежды - плагиаторов никто не любит, но в суете малость подзапутался. - Ты прав. Не надо масок. Это, наверное, нервное. Не каждый день таким занимаешься. Хочу тебе сказать: если нас на самом деле поймают, мне конец. Убьют, без вариантов. Но это меня, а ты скорее всего отпетляешь. Наврёшь что-нибудь, для приличия, что не понимал, что делал, типа я тебя обманом завлёк, не знал куда шёл. Не поверят, но проглотят. Здесь за тебя заступятся, тот же Грокс – не хрен собачий. Искатели приключений сильно не любят, когда их людей щемят по ерунде. Ну, залез ты куда-то не туда, так это для искателя штатная ситуация. Даже ничего не взял. А серьёзной конфронтации с вами никто не захочет. Да ты и сам это понимаешь, иначе бы не влезал под эту крышу. Плюсом ты ещё и непонятный тип с неизвестной биографией и серьёзными активами из Снежной, даром, что пацан пацаном. Я это к чему рассказываю, наш с тобой контракт не закрыт, и я должен, много должен, можно было не напоминать. Твой терминал… когда я отвёз его в столицу к брату, тот нашёл специалиста, а специалист, проверив товар буквальным образом охерел, и подтвердил все твои слова, что это уникальная вещица, сделанная неизвестным мастером, нет, Мастером, с большой буквы. Он провёл какие-то тесты, сильно возбудился и тут же предложил выкупить за 13 лямов. Брат сделал покерфейс и сказал, что он того пока на оценку вызвал, но мол подумает. Это даже больше, чем мы рассчитывали, но ведь если с ходу дают столько, то почему не попробовать продать дороже? Мора на дороге не валяется. В общем, если со мной что-то произойдёт … фатальное, то запомни: торговый район. Рыночная площадь Мондштадта. Найдёшь магазин «7 стихий». Его хозяин - Худой. Это мой брат. Удостоверишь свою личность, и он рассчитается с тобой окончательно.
- Хорош завещания заранее писать. Всё нормально будет. – Пока он мне всё это выкладывал, мы уже подошли к «Дубовому дубу» и расположились так, чтобы не отсвечивать.
- Завещания, они для того и нужны, писать их заранее. Я помирать не собираюсь, но дела всё-таки должны в порядке быть. Я торговец, договор заключён и должен быть исполнен. Архонт контрактов тому свидетель. Всё, жди. Мой человек уже внутри, послал стол застолбить. Ты его знаешь, в нашем магазине работает, лопоухий такой. Как только выйдет – начинай действовать.
Толстый, сбросивший наконец дурацкий плащ, кивнул мне и направился к входу в «Дубовый дуб». Его походка была неестественно развязной — видимо, он пытался изобразить расслабленного человека, который просто зашёл выпить. Получилось так себе. Если бы я был одним из тех наёмников, кого он собирался подпоить, то сразу бы насторожился: слишком уж подозрительно этот толстяк старался выглядеть непринуждённо.
Я отступил в тень высокого забора, прикрывавшего двор трактира от любопытных глаз. Отсюда был виден и вход, и узкий проулок, ведущий к задней двери. В руке я по-прежнему покручивал нож, но теперь это было скорее медитативное действие, от Грокса понабрался. Он в этом вопросе хороший специалист. И в ножах, и в медитациях. Нож в руке как-то… успокаивает. Если всё пойдёт по плану, драться не придётся. Надеюсь, что не придётся.
Минуты тянулись медленно. Внутри трактира горел свет, из распахнутых окон доносились обрывки разговоров, смех, звон кружек. Казалось бы, ничего необычного — обычный вечер в заведении Брана, если не считать того, что произошло совсем недавно, как-то там слишком быстро успокоились, как будто каждый день пытаются взорвать заведение. Где-то там сидели и двое наёмников, которых Толстый собирался выключить из затеянной им игры, лучше бы ему не переигрывать, если они заподозрят неладное - всё пойдёт наперекосяк.
