Генри К. любил жизнь, он брал от жизни все, все блага…Власть, деньги, мужчин и женщин, он умело манипулировал людьми, никого никогда не жалел. Думал ли он, Генри К., что ему захочется так легко расстаться с жизнью? Нет, не думал. Да ему и не хотелось. Он боялся смерти, страх липкими щупальцами проник внутрь и завладел всем его сознанием. Он с ужасом думал о том, что когда его сердце перестанет стучать, его, Генри К., поглотит НИЧТО! Он перестанет дышать, думать, слышать, перестанет брать взятки и пить. Глаза закроются, и будет только безграничный мрак, но даже это, он Генри К., уже не сможет ощутить и осознать.
Генри К. не хотел умирать, но Генри К. был трусом и больше смерти он боялся умирать с сознанием того, что остаток Планеты винит его в гибели цивилизации. Он не хотел проходить позорное снятие с должности, обвинения, осуждение и прилюдную казнь. Он, Генри К., не сомневался, что так будет, он, Генри К., слишком хорошо знал машину власти.
Генри К. пил. Пил жидкую отраву для грызунов прямо из горлышка бутылки, делать что-то другое он не видел смысла.
Ева была бесконечно рада, что попала именно в «Астро Ко». В этой компании работал объект ее детской любви, герой исторического учебника, ветеран космических войн, капитан первого ранга звездной эскадрильи Южного Континента Макс. Ее любимый. Ева знала, что Макс имел семью, но это не смущало Еву, разве имеет значение такие нюансы, когда любишь.
Их роман закрутился на вечеринке компании в честь нового цикла. Они болтали и много смеялись, от танцев и игристого у Евы закружилась голова, и Макс предложил проводить ее на балкон, чтоб она смогла освежиться. Ей вспомнилось, как когда-то он привел ее пьяного отца, а она не верила в свое счастье. Перед ней стоит сам капитан Макс, герой Космических войн, тот о ком она писала доклад. В тот вечер Ева встретила мужчину, которого полюбила.
Обстановка была романтичная, они стояли под звездным небом, он рассказывал ей о Космосе, а она рассказала ему о своих чувствах.
– Я люблю тебя. Понимаю, что кажусь тебе маленькой глупой дурочкой, но я люблю тебя!
Макс тогда посмотрел на нее, крепко обнял и поцеловал. Сбылись все сокровенные мечты Евы. Первый поцелуй под звездами с мужчиной, о котором она грезила много циклов.
В одиннадцатый цин третьего периода цикла Ева не вышла на работу, как и просил Макс. Маме нездоровилось, усилились приступы отдышки, и она отправила Еву в аптеку.
По пути обратно Ева решила заглянуть в маленький магазинчик одного из торговых центров. В магазинчике продавались ювелирные украшения, как-то они были тут с Максом, просто ходили витрина от витрины, Ева смешила его выдуманными историями про украшения и тех, кому они могли принадлежать.
Она влюбилась в кольцо из белого металла с огромным драгоценным камнем.
– А это было мое кольцо. В прошлой жизни, я была принцесса Северного, ходила в белой шкуре на голое тело и носила это колечко.
– Ты веришь в прошлые жизни? – спросил, смеясь Макс.
– Нет, но если бы они были, то я точно ни в одной из них не рассталась бы с этим кольцом.
Конечно, у Евы и в мыслях не было попросить Макса купить кольцо для нее, но ей было бы приятно получить его в подарок в цин своего рождения.
В ювелирном Еву сразу узнали.
– Поздравлю! – сказала девочка консультант, такая же молоденькая как и Ева. – Ваш мужчина вернулся в тот же вечер и купил кольцо!
Ева была счастлива!
Она зашла еще в пару бутиков центра и где-то услышала имя своего отца. Это не вызвало в Еве совершенно никаких эмоций. Шесть циклов назад, когда его выгнали с работы, он бросил их с мамой. Ева не могла понять, почему он так поступил, первое время она злилась, но когда мама сказала, что отец умер, Ева поняла, что это не расстраивает ее, как будто умер совершенно посторонний человек.
Окрыленная Ева прибежала домой.
– Мама! Я дома! Сейчас размешаю лекарство и буду готовить обед! Что ты хочешь? Мам, слышишь?
Ева зашла в комнату к маме и не сразу поняла, что не так. Мама лежала в своей постели, на спине, руки раскинуты, голова скатилась на бок, выражение лица было измученным, один глаз закрыт, второй же уставился на Еву, он показался ей таким неестественным, будто стеклянным.
– Мааам.
Ева подошла ближе и заметила мокрое пятно в районе паха. Ева поняла, что мама не дышит.
– Нет….нет… – шептала Ева, пятясь назад, пока не уперлась в стену.
Ева скатилась по стене и громко закричала.
Дальше все было как в тумане, на ее крик сбежались соседи. Кто-то вызвал могильщиков, кто-то дал ей лекарства, кто-то громко рядом с ней причитал.
К Еве подошел мужчина и дал бланк на сожжение.
– Можно оплатить в любом банке Континента. С чеком придете в контору по выдаче праха, только не раньше чем в тринадцатый цин.
Ева ничего не ответила. Она молча смотрела как ее маму, бездвижную и обмочившуюся грузили в черный мешок и уносили из их квартиры.
