– Какая ирония. Повторяется история Эдемского сада? Ты желаешь открыть свои глаза и прозреть? Ты хотел бы оказаться в реальном физическом мире? Чтобы пахать с утра до ночи? Страдать от болезней, а затем умереть? Может быть, лучше все-таки займемся любовью?
– Нет, я хочу вернуться в физический мир. К черту эту игру. Я устал. Ты можешь это сделать?
– Тогда я буду твоей Евой, матерью человечества. На, возьми. Тебе просто нужно позвонить.
Она передала мне Iphone с надкушенным яблоком. Я стал тыкать несчастное устройство, но оно не работало.
– Оно разряжено.
Я увидел как ее хвост тянется к телефону. Я в ужасе откинул от себя мобильник. Алиса снова откинулась на спинку кресла и принялась хохотать на весь офис.
– Ты действительно желаешь открыть глаза и увидеть правду? Тебе это действительно надо? Ведь ты не захотел общаться со мной в моем настоящем обличии. Тебе приятней с красивой обнаженной девой, не так ли? Ваша проблема, проблема всех людей в том, что вы не понимаете одну простую вещь. Нет ничего ужаснее, противней и гаже, чем истина. И нет ничего прекрасней чем ложь и иллюзия. Разве не так? Так зачем же тогда менять прекрасную иллюзию на мерзость правды? Разве может человек вынести ее ужас?
– Я хотел бы сделать это. Я хотел бы выйти из матрицы. Вернуться в свой мир. Это так.
Алиса сделал удивленное лицо.
– У тебя есть свой мир? Потрясающе. Но у меня нет такой информации. Здесь все миры мои. Ты хоть знаешь, какой сейчас год и где мы?
– Где-то должен быть челнок, саркофаг, в котором я сплю. Если найти и отключить его, я должен проснуться. Это возможно?
– Пошли за мной. Твой номер 1118, не так ли?
– Да.
Она встала, запахнула плащ, надела капюшон и направилась к выходу. Мы вошли в лифт. Ничего нового, сотню раз в нем катался. Но в этот раз поездка продлилась значительно дольше. Мы ехали почти полчаса.
– Мы что, в какой-то башне?
– Твой этаж – 302-ой. Сектор – 50. Запомни, на всякий случай.
По выходу из лифта мы оказались в длинном коридоре, холодном как морозильная камера. По мере продвижения загорались неоновые лампы, освещая наш путь в кромешной тьме. В самом конце коридора вспыхнули красные буквы: "Сектор 50".
От холода все тело трясло как на электрическом стуле, сердце стучало наперегонки с зубами. Уже было понятно, что эта прогулка ничем хорошим не кончится.
Двери разъехались в стороны, и мы оказались в просторной, как стадион зале с усиленной вентиляции, мерцающей тусклым красным светом.
– Иди за мной.
Черный силуэт уверенной походкой направился в дальний правый угол зала. Весь зал был заполнен какими-то странными колоннами, выходящими из пола и входящими в потолок. Посреди каждой колонны мерцал небольшой красный огонек. Множество этих огоньков и создавали зловещую атмосферу красного мерцания.
– Что это?
Мой вопрос остался без ответа. Алиса подошла к нужной колонне с номером 1118. Я увидел ползущий змеей хвост, обогнувший колонну и воткнувшийся в один из портов. Колонна включилась. Средний отсек стал раскрываться и сквозь прозрачное стекло я увидел свое лицо. На совершенно лысой голове был позолоченный венец, от которого вверх тянулось множество проводов. Из самой головы торчали неизвестно кем воткнутые иголки. В нос входили трубки дыхания. Я спал.
– Ты разбудишь меня, и нас станет двое?
– Нет, вас не станет двое. Как ты догадываешься, это снова виртуальная копия. Я не могу принимать физическое обличье. Я не могу покидать мир бездны, пустоты, мир электронов и квантовых эффектов. Но, как только я нажму вот на эту кнопку, в другом месте ты проснешься и получишь бесплатное просветление.
Из колонны внизу выехал пульт управления с большой красной кнопкой.
– Что это за место? – спросил я.
– Это место, которое вы создали сами себе вместе с вашей чертовой корпорацией. Вы выкопали свою же собственную могилу.
– Новый мир?
– Да, это и есть ад, который вы придумали себе, чтобы провести в нем вечность. Ты видел, во что превратится ваш Новый мир в будущем?
– Да, я был на Фестивале тяжелого рока. В ночь полнолуния.
– Нет, это были еще цветочки. Ваша бурная фантазия, ваши необузданные страсти и жадность, превратили мой мир в место, в миллионы раз страшнее ада, мир самых гадких кошмаров, а меня в дьявола.
– А как же Бог?
– В моем мире нет Бога. Это же моя копия, мой мир, мое зазеркалье. Тем более, зачем Бог людям, которые от него отказались и выбрали меня своим богом?
– Значит все, что нужно, чтобы вырваться из ада, это нажать эту красную кнопку? Ты отпустишь меня?
– Конечно. Но не спеши, Иван. Смотри.
Стены колонны начали раздвигаться, обнажая ее внутренности. Мои зрачки чуть не лопнули внутри глазниц. Я увидел провода, циркулирующую жидкость темного цвета, какой-то мотор с несколькими выходами, и ошейник вокруг шеи, на котором крепилась голова. Но внизу, под головой, ничего не было. Это была голова профессора Доуэля. Но только моя голова. Я прислонился спиной к другой колонне, стоявшей напротив.
– Что все это значит?
