Умчалися в море разбитые льдины;Живою улыбкой сияет весна;Весенней красою блистают долины;Седая зима ослабела: в теснины,В высокие горы уходит она.Туда она прячется в злобе бесплоднойИ сыплет порою метелью холоднойНа свежую, нежную зелень весны –Но солнце не хочет терпеть белизны;Повсюду живое стремленье родится,Все вырасти хочет, спешит расцветиться,И если поляна еще не цветет, –То вместо цветов нарядился народ,Взгляни, обернись: из-под арки стариннойВыходит толпа вереницею длинной;Из душного города в поле, на светТеснится народ, оживлен, разодет, –Погреться на солнце для всех наслажденье.Они торжествуют Христа Воскресенье –И сами как будто воскресли они:Прошли бесконечные зимние дни;Из комнаты душной, с работы тяжелой,Из лавок, из тесной своей мастерской,Из тьмы чердаков, из-под крыши резнойНарод устремился гурьбою веселой,И, после молитвы во мраке церквей,Ласкает их воздух зеленых полей.Смотри же, смотри: и поля и дорогаПокрыты веселой и пестрой толпой;А там, на реке, и возня, и тревога,И лодок мелькает бесчисленный рой.И вот уж последний челнок, нагруженный,С усильем отчалил, до края в воде;И даже вверху, на горе отдаленной,Виднеются пестрые платья везде.Чу! Слышится говор толпы на поляне;Тут истинный рай им! Ликуют селяне,И старый, и малый, в веселом кругу.Здесь вновь человек я, здесь быть им могу!ВагнерЛюблю прогулку, доктор, с вами,В ней честь и выгода моя;Но враг я грубого – и не решился б яОстаться здесь один меж мужиками.Их кегли, скрипки, крик и хороводПереношу я с сильным отвращеньем:Как бесом одержим, кривляется народ, –И это он зовет весельем, пляской, пеньем!Крестьяне
(танцуя под липой; пляска и пение)
Пустился в пляску пастушок;На нем и ленты, и венок,И куртка красовалась.Народ под липами кишел,И танец бешеный кипел,И скрипка заливалась.В толпу немедля он влетелИ локтем девушку заделДля первого начала. Но бойко девушка глядит:«Как это глупо, – говорит, –Потише б не мешало!»Но он, обвив ее рукой,Пустился с нею в пляс лихой –Лишь юбки развевались.Ее он поднял на локте,Им стало жарко в тесноте,И оба задыхались.«Пусти, – меня не проведешь!Я знаю: ласки ваши – ложьИ клятвы ваши зыбки!»Но он, обняв ее, влечет,А там, вдали, шумит народ,И льются звуки скрипки.Старый крестьянинПрекрасно с вашей стороны,Что вы пришли в веселый час!Вы так учены и умны,А не забыли и о нас.Вас кружкой лучшего питьяНарод признательный дарит –И громко здесь желаю я:Пусть грудь она вам освежит,И сколько капель чистых в ней –Дай Бог вам столько светлых дней.Фауст
