А значит, его на дыбу мы потянуть сможем. Что до самого купца, то он ведь и при
захвате погибнуть может.
- Если Жилина на дыбе не будет, то никаким россказням убийцы бояре не поверят,
покачав головой, возразил Пятницкий.
- Ладно. Давай тогда посмотрим на это дело с другой стороны. Неужели остальные
бояре глупее меня, и станут поминать прежнюю историю с великой княгиней?
- Умысел против любимой сестры царя. Нешто он такое спустит?- Усомнился Пятницкий.
- Может и не спустить. Но кому из бояр от того польза? Вот в чем вопрос-то. И по всему
выходит, что никому. Ну мало ли есть тайн которые похоронили в самом темном углу и
не вспоминают о том? И это дело лучше забыть, да задвинуть подальше в сторонку.
Потому как пользы никакой, один вред. Причем, всем без исключения.
- Хм. Согласен.
- Ну а коли согласен, то предлагаю тишком собрать всех бояр, кроме Медведкова и
Горячинова в госпитале, да в их присутствии показать дружиннику этот портрет. Все
они должны знать доподлинно, что я ничему раненого не наущал, и ничего сам не
придумал.
Если до этого еще были сомнения относительно причастности к убийству сторонников
Москвы, то как только стало известно о Жилине, все сомнения сразу же отпали.
Слишком серьезный вопрос, чтобы доверяться в нем не проверенному долгими
годами сотрудничества. Так что, никаких сомнений, боярин Медведков в том деле увяз
по уши. А вот причастен ли, и в какой степени Горячинов, предстояло еще выяснить.
- А как не признает Василий в том рисунке душегуба?- Усомнился Пятницкий.
- Тогда худо,- вздохнул Иван, но потом продолжил.- Нет, я все одно достану купца. Уж
больно много концов к нему сходится. Но, желательно избежать самого
маломальского сомнения среди бояр.
- Согласен,- вздохнул Пятницкий.- Ну да, чего тянуть. Сейчас же отпишу боярам, о
встрече. Скажем, через два часа.
- Вот и ладушки. Ну и я пока отдам нужные распоряжения. Нужно готовить людей.
- Сам поведешь?
- Сам. И никак иначе. Мало ли какое решение нужно будет принимать прямо на месте.
Подчас ведь и дурное, может пойти на пользу, а мудрое, сильно навредить.
- Н-да, Ваня. И где только ты седину свою потерял.
- Да было дело. Сам не знаю, как такое получилось.
Хотя и с улыбкой, но вполне искренне ответил Карпов. Вот только, откуда же
Пятницкому знать, что за смысл вкладывал в эти слова его собеседник и союзник.
***
Как и предполагал Иван, раненый дружинник сразу же опознал убийцу. И это
послужило серьезным аргументом в пользу Ивана. Более того, его версия о
причастности к убийству новгородской партии была принята как приоритетная.
Впрочем, могло ли быть иначе. О покушении на Елизавету, предпочли пока не
вспоминать. Ну мало ли. Не станут спрашивать о лишнем, так и купец на дыбе не
скажет ничего лишнего.
Странное дело, но никого не смутил тот факт, что придется умыкнуть уважаемого
новгородца, и пытать его нещадно. Иван отчего-то не сомневался и в том, что того еще
и казнить могут по тихому. Пропал мол человек с концами. Ну чего только на свете не
случается. То-то пытали Ивана, сможет ли умыкнуть Жилина тайком, так чтобы концы в
воду.
Угу. Ссориться с сильным соседом Пскову не с руки. Оно конечно не сказать, что
псковичи так-то уж сильно опасаются новгородцев. Но и драться по поводу и без, не
горят желанием. Да оно и понятно. В обеих землях у руля стоят по большей части
торгаши, а не воины. Вот и псковские бояре, и торговлю ведут, и землю обихаживают.
Дружины же представляют собой посадскую конницу…
Уже после полудня Иван выступил в путь во главе отряда из десятка лешаков (уж
больно Григорию понравилось прозвище данное ляхами), ну и неизменных Емели и
Бориса. Двигались одвуконь, а потому за оставшийся день успели добраться до
границы Псковской земли с Новгородской, по реке Череха.
На ночь встали в лагере строителей, что трудились на возведении канала между
Черехой и Узой. С его окончанием можно будет позабыть о волоке, и заполучить
водную артерию до Москвы, Астрахани или на Урал. И надо сказать, что именно
последний представлял для Ивана по настоящему стратегический интерес.
Конечно русский рынок сбыта дорогого стоил, но положа руку на сердце, Иван вполне
мог себе позволить обойтись и без него. Чего стоил один только каретный завод, с
каждым годом наращивавший производство. Не сказать, что повторить конструкцию
Карпова было столь уж мудреным делом. И желающие повторить действительно
находились. Вот только их изделия получались куда как дороже предоставляемых
замятлинским заводом. Впрочем, пока и они находили своего покупателя. Это те, кому
невтерпеж. Ведь как ни крути, а удовлетворить весь спрос у Ивана не получалось.
Такая же ситуация и со всей остальной продукцией, расходившейся как горячие
пирожки. Ивану в пору было отбиваться от купцов, а не думать над тем, как сбыть
продукцию заводов. Так что, на ближайшие лет десять можно думать только о
наращивании производства, даже без изменений модельного ряда. Хм. А там глядишь
и куда как дольше.
Интерес же его был в том, чтобы устранить зависимость производства от шведской
руды. Во-первых, те уж больно сильно давили на горло. Во-вторых в случае ухудшения
