— Стоп! — Волшебное слово подействовало как надо, заставив замолчать рыжую на полуслове. — Не умеешь — научим, не хочешь — заставим. С этого момента ты будешь называться — салага. Я говорю — ты слушаешь, я приказываю — ты делаешь.
Алые губки Марго надулись, потом нижняя немного выпятилась, на ресницах заблестела влага. Да она же совсем ребенок.
— Но если завтра ты сможешь из трех учебных поединков хоть один раз уронить меня — неважно как, то тебе будет присвоено звание «карась». — Я решил подсластить пилюлю. — Это конечно не адмирал, но тоже неплохо.
— Как же — опять сделаешь что-то такое, я даже сдвинутся с места не смогу. — Фразу она произнесла в минорных тонах, но лучик надежды заиграл в ее глазах.
— Ну нет, все будет по справедливости — никаких умений кроме доступных любому человеку: сила, ловкость, скорость — всё чем ты владеешь.
Марго преобразилась на глазах — возможность расписать лицо своего господина «под гжель» (роспись на фарфоре в синих тонах) вернуло рыжей отличное расположение духа и пропавший было завидный аппетит. После позднего завтрака наша троица вернулась на «Сафанну». Марго переоделась в один из двух мужских комплектов одежды, приобретенных ей в дорогу. По ее словам такой наряд самое обычное явление для ее народа. Учитывая то, что кроме мужской одежды, темно-синий ихрам завернутый привычным движением скрыл к тому же ее волосы и нижнюю часть лица, то визуально сопровождал меня высокий, худощавый юноша с попугаем на плече. То, что я сплавил пернатого Марго, возражений ни у кого не вызвало. Наше возвращение осталось практически незамеченным. Грузчики выгружали товар и лениво переругиваясь с артелью плотников которые демонтировали остатки грота — якобы те путались у них под ногами. Плотники посылали представителей неквалифицированного труда куда подальше, дядя и принимающая сторона сверяли свои записи. У дверей моей каюты изнывая от жары и безделья, нес вахту андоррец и еще один охранник из приведенных Гуфаром. Пацаны оставили баул со шмотками Марго у дверей и получив пару медяков, повеселевшими покинули борт. Фарах сделал вид что не узнал Марго в мужском наряде, и с серьезным лицом заявил.
— Это ты правильно сделал, капитан, что избавился от той рыжей ведьмы — от нее все равно никакого проку, а парень хоть ночные горшки выносить будет — все польза.
И тут же хрюкнул, получив от Марго тычок в живот, прокашлялся и заржал. В каюте было тесновато — причиной тому семь сундуков с сокровищами, расставленных на палубе — видимо дядя вчера постарался. Рыжая сразу заинтересовалась их содержимым, а еще тем, где она будет спать.
— Много будешь знать — скоро состаришься. — Ответил я на первый вопрос. — А спать будешь здесь. — Показал я на свою кровать. — А я сверху. Можешь успокоиться — я имел в виду второй ярус, который сейчас закажу плотникам.
— А почему не я сверху? — Отмерев, спросила принцеска.
— Если тебя не тошнит от качки, и по ночам не делаешь пи-пи в кроватку, то можешь ты.
На что рыжая только высокомерно фыркнула.
