Ночью вернулся Смерть. Он вошел в спальню, мельком взглянул на меня своими пугающими глазами, быстро, не используя никакой магии, разделся, снова привязал меня к кровати и мучительно долго занимался со мной любовью, растягивая момент наслаждения до бесконечности, подавляя мои стоны и крики поцелуями…
После того как он оставил меня в покое и отвязал, я спросила его, зачем он меня привязывает, будет ли он теперь это делать всегда? На это он мне ответил, что да, будет, потому что иначе я не смогу контролировать свои желания, он беспокоился, что я нечаянно наврежу себе. А потом он сказал, что у него дела, и ушел, поцеловав меня на прощанье.
Я подумала, что мне надо дойти до душа, причесаться и взглянуть на себя в зеркало.
Спустив с кровати ноги, я встала и пошатнулась: голова кружилась, перед глазами все плыло. Хватаясь за мебель, я добрела до ванной и остановилась перед зеркалом. Разглядывала я себя минут пять. Я даже не удивилась. Синяки под глазами, взгляд загнанной лошади и висящие сосульками волосы. Красота неземная. И как у Смерти вообще стоит на такое чудо? Ну да, конечно, он вообще трахает все, что шевелится, а то, что не шевелится, в момент пробуждается, стоит ему только заметить, кто такой перед ним. Точнее, перед ней. Я горько усмехнулась.
Взгляд мой упал на голубой амулет. Кулон едва заметно пульсировал, то угасая, то снова загораясь холодным чистым светом. Пульсации шли в такт биения моего сердца. Интересно… А вот амулет Белета так себя не вел.
Белет… Я вздрогнула. И что мне теперь делать? Как быть? Что ему говорить? Как вообще смотреть ему в глаза после всего, что случилось?
Я залезла под душ, включила воду и закрыла глаза. Мягкие струи стекали по моей спине, напоминая мне о прикосновениях Смерти, о том, как он меня гладил и ласкал.
Я сползла по кафельной стене вниз, пытаясь бороться с возбуждением, которое вызывали воспоминания об этой ночи и о том, что произошло накануне вечером. Но это было бесполезно. Перед моими глазами стояло прекрасное в своей древней неземной красоте лицо моего мужа, словно наяву я слышала его шепот, ощущала прикосновения его пальцев, его губ…
— Смерть? — позвала я. — Смерть? Где ты?
Шло время. Ответа не было. Принц был далеко, не в этом мире, слишком далеко, чтобы услышать мой зов, а связи между нами, такой, какой она была когда-то, уже не было. Он не мог меня ни слышать, ни чувствовать.
Прикусив до крови губу, я потянулась к крану, выключила воду и вывалилась из кабины, на ходу заворачиваясь в полотенце. Мне было нужно лечь…
До кровати я не дошла. Спазм желания скрутил меня посередине комнаты, и я рухнула на ковер, сначала на колени, затем на четвереньки. Завалившись на бок, я подтянула колени к груди и сжала амулет.
«Еремушка, — подумала я, — Ерема, я не знаю, какой должна быть причина, по которой я могла бы тебя позвать, но мне больше не к кому обратиться».
Но и тут я не получила ответа. Наверное, мне нужно было произнести все это вслух, но у меня не было сил.
Я с трудом доползла до стола, ухватилась за кресло, подтянулась и уселась. С меня градом сыпал пот. Я уронила руки на клавиатуру ноутбука и набрала сообщение подруге: «Вызови Иеремиила. Скажи, что он мне нужен».
На большее у меня не хватило сил. Я прикрыла глаза.
— Эл? — Раздалось сзади, и я вздрогнула от неожиданности.
Иеремиил стоял посреди комнаты, растрепанный, обнаженный по пояс, пронзительные темные глаза уставились на меня. От чего, интересно, его оторвали? Он же в отпуске, наверняка отдыхал и развлекался. Мысли мои были направлены только в одну сторону, ни о чем ином я думать не могла.
Я словно кисель стекла с кресла, развернулась и потянулась к своему наставнику. Не знаю, что уж там он увидел в моих глазах, но лицо его сделалось суровым, взгляд заледенел.
— Остановись, — произнес он таким тоном, что у меня от обиды задрожали губы.
Но мне было плевать. Я поднялась с пола, обхватила архангела за талию и прижалась щекой к его груди. Кожа его была прохладной на ощупь, пахла свежестью и морем, и я с наслаждением вдохнула этот аромат, прежде чем начать жадно целовать его тело.
Иеремиил оторвал меня от себя.
— Элви, посмотри на меня!
— Потом, Еремушка, все потом. — Я задыхалась, мне нужно было снова прижаться к нему. — Ты помнишь, как мы тогда… в беседке, прямо на столе?
Я повернулась к письменному столу, смахнула с него все, что там лежало. Иеремиил едва успел подхватить мой ноутбук у самого пола. Я запрыгнула на стол, развязала полотенце и призывно раздвинула ноги.
Архангел некоторое время молча смотрел на меня, затем шагнул ближе, ухватил меня за руки и притянул к себе.
— Ну слава Богу, — пробормотала я, обнимая его за шею.
В следующий момент мы перенеслись из замка в какое-то странное место. Там было тихо и спокойно. Под ногами у нас был ковер из травы, мягкой, ровной-ровной, будто ее специально подстригали каждый день сотни и сотни лет. Это травяное поле простиралось на все четыре стороны до самого горизонта. Сверху лился ровный золотистый свет.
