– Все уже решено, – сказал я. – С Пинки полечу я, и никто больше. – Я повернулся к Сидре. – Понимаю, ты считаешь меня ценным тактическим ресурсом, хотя до сих пор не соизволила рассказать, как я вписываюсь в твои планы. Но это лишь даст тебе стимул для работы над оружием. Оно должно себя оправдать. Ты не можешь допустить, чтобы я не вернулся, да и для Пинки будет польза от твоей тщательности.
Пинки скрестил руки на бочкообразной груди:
– Обойдусь без твоих подачек.
– Это поможет нам обоим, – закончил я, не желая устраивать спор. – Леди Арэх, мы видели девятилапов. Думаю, ты права. Если Сидра заставит их работать на нас, они могут стать орудием для проникновения в тыл врага.
– У тебя, как я понимаю, ничего не вышло, – заметила Сидра.
Леди Арэх резко взглянула на нее, словно мысленно упрекая за дерзость, но ей хватило ума не отрицать правду.
– Да, не вышло – во всех смыслах. Даже мне, полусочленительнице, не удалось достаточно глубоко проникнуть в их программу, прежде чем они начали сопротивляться. Но, возможно, мне недоставало твоего упорства и интуиции.
Сидра сочувственно посмотрела на нее:
– Похоже на то.
– Однако, прежде чем Снежинка допустит тебя к захваченным нами образцам, имей кое-что в виду. Судя по найденным в ядре трупам, которые явно были оставлены там намеренно, словно архитектурные украшения, сочленителей иногда заставляли сражаться с девятилапами в одиночку, но даже их сообразительности порой не хватало. Девятилапы резали и протыкали их своими конечностями, но это еще не все. Что-то проникало в тела жертв и раздирало их изнутри, возможно, не столь быстро, как хотелось бы несчастным.
Сидра вздрогнула, потеряв самообладание, но уже в следующее мгновение к ней вернулась невозмутимость.
– Покажи мне свои игрушки.
– Мы можем на тебя положиться в отношении как девятилапов, так и гемокласта? – спросила леди Арэх, упираясь руками в стол.
– Можешь предложить кого-нибудь еще? – хмыкнула Сидра.
– Сама знаешь, что больше некого.
– Просто хотела уточнить на всякий случай. – Сидра задумалась. – Но мне потребуется время – по крайней мере несколько дней.
– И когда мы услышим, каковы твои шансы на успех?
Вопрос, похоже, озадачил Сидру. Она делано нахмурилась, а потом ее будто осенило.
– Ясно. Ты считаешь сомнительным, что у меня все получится. Да, теперь понимаю. Какая же я дура, что не занялась этим раньше.
– Сидра… – проговорил я, начиная терять терпение.
– Заверяю тебя, что все будет в порядке. Можешь на меня рассчитывать, леди Арэх, так же как и я рассчитываю на твой скромный вклад в операцию. Мои слова насчет нескольких дней вовсе не означают…
– Думаю, мы можем сейчас же начать переговоры, – вмешался я.
– Хорошо, – кивнула леди Арэх. – Так и сделаем, как только позволит погода.
– Кстати, насчет гемокласта, – сказал я. – Когда он будет готов, нам что, придется учиться обращению с ним? Сидра, ты говорила, он будет спрятан на наших телах. Не вполне понимаю, как он может остаться незамеченным.
– Я сказала «на»? – с тревогой спросила Сидра. – Если так, то это непростительная оговорка.
– Не «на», а «в», да? – поинтересовался Пинки.
– Тебе следовало об этом упомянуть, – буркнул я, прекрасно понимая, что ошибки не было.
– На самом деле, – с притворной озабоченностью улыбнулась Сидра, – чем меньше вы будете знать о гемокласте раньше времени, тем лучше для вас. Впрочем, кое-что скажу прямо сейчас.
– И что же? – бодро спросил я.
– Нет никаких сведений о том, что кто-то использовал его дважды.
Сидра делила время между изготовлением гемокласта и укрощением пленных девятилапов. Последнее получалось быстрее, и уже через три дня она была готова похвалиться успехами.
Возле Обзорной подготовили надежно охраняемое помещение без окон. В прошлом, по словам Снежинки, гости игрового комплекса оставляли там личное оружие и яды, на случай чересчур яростных споров. Мы стояли спиной к запертой двери, а Сидра – напротив нас, у противоположной стены. В руках она держала покладистого девятилапа, с гладкого матово-серебристого тела которого свисали девять похожих на жала медузы конечностей.
– Не беспокойтесь, – сказала она, явно наслаждаясь пребыванием в центре внимания, даже в присутствии леди Арэх. – Этот робот полностью подчинен моей власти. Все оказалось достаточно просто. Создатели девятилапов оставили служебный нейроканал, средство доступа к глубоким уровням программы. Если им требовалось войти в ядро, например, чтобы навести порядок или убрать трупы, это средство позволяло перевести всех девятилапов в безопасный режим.
– Почему со временем этого не обнаружил никто из их жертв-сочленителей? – спросила леди Арэх.
– Попытки наверняка были. Может, кому-то и удалось? Одно дело, когда я спокойно зондировала и картировала управляющую архитектуру девятилапа, заключенного в оболочку из гипералмаза, и совсем другое – искать уязвимые места прямо в ядре, когда девятилап несется на тебя, а ты сам беззащитен и слаб.
