стакан и таблетку.
- Что это? - пошевелил губами Льюис.
- Пей быстрей, а то волью, - усмехнулся его новый приятель.
Выбора не было. Он проглотил таблетку. Легче стало не намного. Резь в глазах исчезла,
но по-прежнему не слушалось тело, было тошно, и не хотелось жить. Рыжий посмотрел на
часы.
- Ладно, - сказал он, - сейчас будешь как огурчик!
И запрыгнул на кровать. Льюис ничего не знал о забавах аппирских мутантов, но с
ужасом понял, что этот тип в зеленом парике на него ложится. И самое кошмарное, что не
было сил его спихнуть.
- Эй, ты что? - пробормотал он с отвращением.
- Молчи, дурак, - спокойно ответил ему Рыжий, - я тебя с того света достаю.
Он лег сверху, щека к щеке, ладонь в ладонь и замер. Его изящное и гибкое как у
ящерицы тело вдруг одеревенело. А потом... потом наступило блаженство. Стало тепло как в
солярии, тошнота исчезла, появилась невесомость. Сколько времени прошло, Льюис так и не
понял, ему казалось, что он превратился в раздутый воздушный шар и летит куда-то в небо.
- Жить будет, - заявил Рыжий, откатываясь на другой край кровати.
Парик с него сполз, на голове действительно торчали короткие рыжие волосенки. Его
светлые глаза были обведены жирным черным контуром, на переносицу со лба опускалась
малиновая полоска, и такие же завитушки были на щеках. Впрочем, лицо за всей этой боевой
раскраской угадывалось довольно симпатичное и юное.
- Ты кто? - изумленно спросил Льюис.
- Бог, - усмехнулся приятель.
- Послушай, что ты со мной сделал?
- Пожалел тебя, мальчик. Пожалел. У меня сердце доброе. Самое доброе в Малом Льве.
Не могу видеть, когда маленьких обижают. Ты сидел уже в черном облаке. А это для таких
цветочков как ты - всё, труба налево. Тут ребята шустрые. Ты что, закрываться совсем не
умеешь?
- Как это, закрываться?
- 55 -
- Подожди... ты что, землянин?
- Ну да.
- То-то я смотрю, такой красавчик тошнотворный! Так какого черта лысого ты поперся к
аппирам? Да еще в «Корку»?
Льюис наконец вспомнил, что с ним было до того. И ужаснулся.
- Я искал свою подружку, - сказал он взволнованно, - она обиделась на меня и убежала.
Сказала, что к аппирам. А вдруг она тоже влипла как я? Что же делать?!
- Вампирье предпочитает «Корку», - спокойно сказал Рыжий, - ее там не было. Так что в
худшем случае напьется в жижу и отключится.
- Я пойду! - вскочил Льюис, - мне надо ее найти!
- Сиди, - поморщился его спаситель, - что ты один сделаешь-то?
Он дотянулся до пульта, включил компьютер, вызвал кого-то.
- Чегри, - сказал он аппиру в ярко-синей форме внутренней охраны, - прочешите все
кабаки на Счастливой улице и найдите мне девчонку по имени...
- Оливия Солла, - потрясенно сказал Льюис.
- Оливия Солла, - повторил Рыжий, - только быстро, быстро! Чтоб пыль из-под копыт!
Понятно?
- Понятно, лучезарный.
- Действуй.
Экран погас. Хозяин свалился на подушку. Квартирка у него была довольно скромная, в
окне все мигала реклама не самой престижной из улиц столицы.
- Ты кто? - еще раз спросил Льюис.
- Бог, - все так же скромно ответил Рыжий.
- Я серьезно.
- Серьезно? - он одним прыжком сел на колени и пнул кулаком подушку, - а серьезно я не
для того себя малюю, чтобы все знали, кто я такой. Никакого житья тогда не будет, понятно?
- Понятно, - кивнул Льюис, - но я-то уже слышал, что ты лучезарный.
- Для тебя же старался, - фыркнул Рыжий.
- Я тебя разве в чем-то обвиняю? Наоборот. .
- Так вот, в благодарность ты будешь молчать об этом. И о том, что я тебя вытащил, тоже.
- Хорошо.
- Вот и отлично, - только что строгое лицо лучезарного снова заулыбалось, - хороший
мальчик. Может, в картишки сыграем, пока твою подружку не нашли?
- У меня вообще-то денег нет, - напомнил Льюис.
- Нужны мне твои деньги! - насмешливо взглянул на него приятель, - сыграем на
раздевание?
- Как это?
- Слушай, ты в самом деле такой наивный, или прикидываешься? Валяешься тут со мной
на кровати, тащишься от моей энергии, а раздеться не хочешь?
Льюис вскочил как ошпаренный, Рыжий же от этого только расхохотался.
- Да сиди ты, я пошутил!
- Знаешь что!
- Что, мой маленький? Что такое? А признайся, здорово было? Вот если б такую
женщину, да?
- Дурацкие у тебя шутки, - краснея, сказал Льюис, он действительно еще ощущал
блаженство в каждой клеточке своего тела, наверно, даже в каждом волоске.
- Остынь, - перестал улыбаться Рыжий, - если б не мои дурацкие шутки, ты бы умер от
благодарности ко мне. Отблагодарить-то меня невозможно. А теперь не умрешь.
- Почему тебя невозможно отблагодарить?
- Да потому что у меня всё есть!
- Богатство - это еще не всё.
- Богатство! - Рыжий спрыгнул с кровати, подошел к окну и распахнул его, - а как тебе
это?
- 56 -
Он прищурился, после чего малиново-зеленая, раздражающая реклама какого-то
дамского салона напротив вспыхнула в последний раз и взорвалась синим пламенем, остался
только обгорелый каркас и едкий дым. На улице началась суета.
- Ты пьян, - побледнел Льюис, такого он еще не видел, - там внизу люди.
- Осколков нет, - спокойно ответил ему приятель, - одни молекулы. И моргать больше не
будет.
В комнате и правда стало темно, но не спокойно, а наоборот как-то жутко и неуютно
