— Зачем? — Он загадочно улыбнулся, формируя над раскрытой ладонью снежное облачко, внутри которого начали проступать очертания высокого бокала. — Немного волшебства… и вуаля! — Сдув серебристое крошево, маг протянул мне заиндевевший сосуд с густым бордовым напитком. — Угощайтесь, фея. Подарок из погребов Поднебесья.
— Все лорды Триалина так могут? — Приняв из мужских рук бокал, я поднесла его к лицу и с удовольствием вдохнула фруктовый аромат.
— Нет. — Телепортировав и себе вина, он залпом все выпил. — Не бойтесь, Эри, травить, как и привораживать, я вас не стану, у меня на ваш счет другие планы.
— Это какие же? — насторожилась я.
— Хочу пригласить вас в наше крыло.
— В гости?
— Жить.
— Как вижу, ты времени даром не теряешь, ми-и-илый. — От пронизанного холодом голоса Хельги я невольно вздрогнула, едва не выронив угощение. — Очередную красотку решил соблазнить, да? — выйдя из-за дерева, проговорила она. — Мало тебе служанок в замке, захотелось заполучить в коллекцию мужских побед настоящую фею? — Она не кричала, нет, но от ее тихих слов становилось больно.
— Хель, ты все не так поняла… — попытался вразумить невесту Дигрэ.
— Я вижу то, что вижу. Ночь, тихий сквер, вино и вы вдвоем.
Ну вот, а еще называется прорицательница. Как она могла подумать обо мне такое? Она же сама хотела, чтобы я пришла на эту чертову свадьбу и сделала все, чтобы сблизить ее с возлюбленным.
— Ты ошибаешься. — Я шагнула к ней.
— Помолчи, Эри, — мрачно сказала Хельга и неожиданно мне подмигнула из-под падающей на глаза челки. Я и заткнулась, глубоко задумавшись над истинным смыслом происходящего.
— Мелкая, ты не права, — мягко проговорил Дигрэ, подойдя к ней. Он хотел тронуть ее за плечо, но она вырвалась и, гордо вскинув голову, выпалила:
— Все, любимый, с меня достаточно. Я разрываю нашу помолвку. Иди куда хочешь, с кем хочешь… плевать!
Сняв с безымянного пальца кольцо, она швырнула его в обалдевшего жениха и, резко развернувшись, побежала прочь. Он — за ней, выскочивший из зарослей котенок — следом, а я так и осталась стоять, держа в руках два бокала, свой и милорда Дигрэ, успевшего сунуть его мне, прежде чем кинуться за бывшей невестой.
— И что это было? — спросила я темноту, когда странная компания скрылась из виду.
— Хороший вопрос, — ответила темнота голосом мерсира.
Плющ ядовитый! И много тут еще народу по кустам шляется?
Я от него сбежала!
Молча допила вино, слушая наставления Аарона Хэйса, вручила ему пустые бокалы, как недавно Дигрэ мне, затем подхватила юбку и, подобно Хельге, унеслась в ночь от черноглазого зануды, решившего прочитать мне мораль. Что он там говорил? Ах да-а-а, напирал на небезопасность темных лесов и неблагонадежность снежных повес. При этом ножичек вернуть наотрез отказался, заявив, что мне, особенно пьяной, он тоже не доверяет. Ну я и осчастливила его бокалами, сама же, помахав на прощанье ручкой, скрылась в ночи. Где-то в глубине души хотелось, чтобы этот мрачный тип, бросив заиндевевшие стекляшки, рванул за мной по примеру Дигрэ, но мерсир предпочел остаться на месте, как недавно я. Мне же в самом деле ударил в голову хмель, и потому, наверное, то и дело пробирало на истерические «хи-хи». Настроение было заводное, душа жаждала подвигов, так что неслась сломя голову я не куда-нибудь, а обратно на праздничную площадку, намереваясь протанцевать до утра и перезнакомиться с кучей такого же веселого народу, общение с которым могло принести пользу не только мне, но и моей миссии. Часики-то — не колечко на пальце Аарона, их еще поискать придется в этом темном королевстве.
Мелькнувшая за кустами фигурка в темном плаще привлекла внимание, и, перестав довольно улыбаться, я сбавила шаг. Такой комплекции на празднике были только дети. А что подросткам делать в темной части сквера в одиночку? Разве что шкодить. Решив выяснить, кто и куда там крадется, я окутала себя слабеньким заклинанием отвода глаз и сошла с обрамленной тусклыми фонарями дорожки. Ухоженный ландшафт постепенно переходил в обычный лес, куда и спешил таинственный силуэт, как мне показалось, женский. Неужели Алиса опять что-то задумала? Вот же непоседа!
Без освещения я видела плохо и шла по наитию, зажигать магические огоньки побоялась, не желая выдавать своего присутствия. Девочка, напротив, двигалась быстро и уверенно, что, в общем-то, понятно: маги тьмы видели ночью не хуже, чем при свете Алина. Выйдя на небольшую поляну, посеребренную мягким сиянием растущего месяца, фигурка остановилась, немного повертелась на месте, будто кого-то высматривая, и скинула капюшон. Вместо темных волос, которые я ожидала узреть, моему взгляду предстала подозрительно знакомая шапочка с кружевной отделкой.
«Марика?» — мелькнуло в голове.
