— Развлекаешься без меня, моя фея? — послышался его голос. И не его одновременно, заставивший мигом вспомнить пресловутого монстра.
— Ну вот хрена тебе не спится-то? — проворчала Мэйр, вытирая липкие руки о рубашку. — Полагаю, много успел услышать?
— Достаточно, — кивнул Себастьян, вышагивая под тусклый свет магических светильников. Равнодушно, как мог только по-настоящему тёмный маг, глянул на труп ассасина. — Так значит, твоё?
— Моё. А ты думал, можно безнаказанно лапать волшебных феек? Не-а, дружочек, так не пойдет, — сухо ответствовала Мэйр, по кругу обходя труп и стараясь не наступить в лужу. Стычка с убийцами прочистила мозги получше всякого винишка, и теперь все эти сопливые переживания на тему любит-не-любит казались попросту смехотворными. — Хм, этот недоумок здесь явно лишний…
Она схватила тело за ноги и деловито поволокла к двери. Без особых усилий вышвырнув бренные останки Питера на желтоватую травку, захлопнула дверь и чуть нервно защелкнула оба замка, активируя сеть защитных заклинаний. А подумав, ещё и тяжелый засов задвинула.
— Вот так-то лучше.
— Я думал, мы скормим его Неметону, — в голосе Себастьяна будто даже обида послышалась. То ли за обделенное дерево, то ли что не ему свезло разделывать горе-убийцу.
Воистину, сладкая парочка. Мэйр даже нервно усмехнулась, представив их будущий совместный быт — мятный чай по утрам, прогулка по лесу и подкормка кровожадного дерева всякими неудачниками.
— Неметон не ест дохлятину. Келпи сожрут, а прочая нечисть растащит кости. Ах да, кости…
Снова оглядев гостиную, она с отвращением скривилась и спешно прошла к кладовке. Активировала чары призыва и для проформы постучала по дверному косяку.
— Эй, мальчики, работенка есть.
Скелеты споро выгреблись из своего шкафчика, щелкая костями. Спасибо Френсису, не придется оттирать чужие мозги с каминной полки.
Себастьян, глядя на это, только ухмыльнулся и проследил за скелетами (Мэйр могла поклясться, что услышала нечто про пользу «долбаных некромантов»). Перевёл взгляд на монеты, поблескивающие на полу, несколько брезгливо коснулся их босой ногой.
— А знаешь, это даже символично…
— Что именно?
— Пятьсот золотых, — наклонившись, Себастьян поднял одну монетку и покрутил её в пальцах. — Столько заплатила за меня Хельта десять лет назад. Итого тысяча, а я всё ещё не у неё.
— У неё уйма золота, — пожала плечами Мэйр и машинально провела рукой поволосам. Что уж теперь, всё равно мыться надо. — У меня его тоже хватает… Хочешь, от этого избавимся?
Возмущение на лице Себастьяна было настолько неподдельным, что впору пожалеть о таких опрометчивых словах.
— Деньги не пахнут, моя фея. Рубашку новую купим, ковёр… на что там ещё хватит?..
Мэйр даже поперхнулась от негодования.
— На особняк в центре Иленгарда, притом с дорогущей меблировкой.
И, не удержавшись, язвительно прибавила:
— А ещё столичный лорд называется!
— Я вроде не в столице живу. Более того, — Себастьян вдруг поймал её за рукав рубашки — тот самый, оторванный — притянул к себе, не обращая внимания, что пачкается в чужой крови, — и дальше не собираюсь.
Мэйр открыла было рот, но прежде чем успела даже сообразить, что сказать, крепкие пальцы ухватили её за подбородок. Непроглядно-черные глаза посмотрели колко и строго.
— А если я ещё раз услышу от тебя эту чушь про мой скорый побег — лично запру нас в этом доме и не выпущу тебя в ближайший месяц. Всё ясно?
— Ясно, — пробурчала она, впрочем, без особого недовольства. — Охамел кто-то в край — вот что мне ясно.
— И ничуть не стыжусь, — отозвался Себастьян, неопределенно пожав плечами. Оно и верно — откуда в этом засранце стыд?
А вот целуется неплохо, это да.
Глава 34
Себастьян устроился на крыльце дома, грея руки о горячую чашку с чаем. По-хорошему бы завалиться обратно в кровать, прижать к себе Мэйр и проспать ещё как минимум часов пять. Но его фея была против, потому что «нельзя всю жизнь провести в койке, Себастьян!»
Почему нет, собственно? Вот они с монстром очень даже за.
Но вместо этого пришлось тащиться на улицу, проветривать мозги и наблюдать, как Тен-Тен меланхолично разгрызает оставшиеся от зайца косточки. Себастьяну было позволено охотиться в волшебном лесу, но частью добычи приходилось делиться с обитателями леса. Чтобы жизнь сказкой не казалась. Не то чтобы он был против. Да и вредный конь, честно признаться, ему нравился — есть в нём что-то близкое по духу.
— Эй, не торопись так, — предупредил он келпи, на его глазах заглотившего ножку целиком. — Дома ещё есть, хочешь?
Тен-Тен поднял изящную голову и, насмешливо фыркнув, вернулся к своей трапезе.
— Ну нет так нет.
Себастьян привалился к спиной к перилам и подумал, что прихватить с собой плед с дивана всё же надо было. А потом плюнул — в самом деле, что ему холод с его-то резервом, регенерацией и целительницей под боком? Во всех смыслах этого слова.
