Яна с Лидией Васильевной пулей вылетели из морга, покинули территорию больницы и успели пробежать по улице целый квартал, прежде чем остановились на безлюдной остановке автобуса и сели на скамейку.
– Обычно своих не бросают, а мы, получается, бросили своего? – пригорюнилась Яна.
Лебедева усмехнулась:
– Ты уверяла, что Арнольд Елизарович свой в доску. А своих у своих оставить можно, – скаламбурила Лидия Васильевна.
– Надеюсь, он его не в холодильную камеру поместит? Люк этого не переживет, – задумчиво проговорила Яна.
– Да… Нервная система у твоего макаронника слабовата… Что еще раз доказывает: не может он быть кровавым убийцей! Тут надо копать глубже. Как он с такими нервишками собирался жить в доме, где бы прикопал труп? Нет, на него это вовсе не похоже. И вино из чана он пил, я сама видела. Пил бы он если бы знал, что на дне задохнувшаяся женщина? Думаю, что нет.
– Но, как вы сказали, предположения к делу не пришьёшь, – заметила Яна.
– Я думаю, что настоящие преступники поняли, что он придурок, и повесили на него всё! – подвела черту Лидия Васильевна.
– А с чего вы решили, что он придурок? – удивилась Яна. – Люк богатый, успешный человек. Все бы были такими придурками!
– Ладно, ты поняла, о чем я! – толкнула ее локтем Лидия Васильевна. – Ой, Янка! Мы свою одежду в морге оставили! Так быстро драпанули… И куда мы теперь в этой медицинской спецодежде?
Яна возразила:
– Лучше в медицинском халате, чем в оранжевом жилете. Более женственно.
– Да и то правда, – согласилась Лебедева. – Только бы нас ночью не приняли за двух женщин с низкой социальной ответственностью, которые ищут партнёров для ролевых игр.
Яна рассмеялась:
– Если что, будем придерживаться версии, что вы – опытный врач, я – ваша медсестра. Идем домой с последнего вызова.
Лебедева отрицательно затрясла головой:
– Я к медицине не имею никакого отношения. А ты?
– Самое прямое.
– Тогда ты – врач! А я как раз старая, глухая, слепая медсестра, которая уже ничего не соображает, – сказала Лидия Васильевна.
– Ну и какого черта ее держат на работе? Это как слепо-глухо-немой капитан дальнего плавания.
Лидия Васильевна схватила ее за руку и потащила с остановки.
– Уходим! Менты едут!..
Яна подорвалась за ней.
– Что за слова? У вас сын – мент.
– Сейчас нам лучше с ними не встречаться. Накаркаем еще!..
– Стойте! – окликнул их властный голос. – Товарищи медики, стойте!
– Точно, накаркали… – выдохнула Лидия Васильевна. – Держимся версии что домой со «скорой» идем. Мол, нам близко.
– Слушаю вас, господа полицейские, – остановилась Яна, обращаясь к полицейским. – Чем можем быть полезными?
– Мы вызвали «скорую», но нас предупредили, что из-за пробок машина может задержаться. А здесь рядом произошло ДТП, и человеку нужна помощь. Вы же с вызова? – спросил полицейский.
– Да! Но мы закончили смену! – нарочито громко ответила Лидия Васильевна. – Всё! Устали мы! Устали смертельно…
– За углом человек умирает. Вы же не оставите его в беде? В смертельной опасности? – уточнил полицейский.
«Это статья УК номер сто двадцать пять. Оставление в опасности», – подумала Цветкова и оторопела от того, что Лидия Васильевна произнесла эту же фразу вслух, правда, добавив в конце:
– Шутка! – И очень красноречиво посмотрела на Яну.
– Мы, конечно, посмотрим… – глухо ответила Цветкова. – Как же по-другому? Мы – медики…
За углом дома стояли патрульная машина и легковушка, кажется, старенький «фольксваген», с дверями нараспашку.
– Эта машина сбила пешехода, водитель сбежал. Пострадавший лежит за машиной, – сказал полицейский.
– Я очень крови боюсь! – нелогично призналась Цветкова и явно не нашла понимания ни у полицейских, ни у Лидии Васильевны: как может медик бояться крови?
Они обошли машину.
– А нет тут никого!.. – удивлённо сказала Яна. – Жертва где? – посмотрела она на полицейского.
– Ну, и хорошо!.. – вырвалось у Лидии Васильевны.
Двое полицейских, сдвинув фуражки, забегали, засуетились вокруг машин.
– Где пострадавший?.. Он же вот прямо здесь лежал…
– Так, значит, пострадавшего нет! Куда делся? Ушел, что ли?..
– Извините, а водитель машины, который сбил пострадавшего, где? – спросила Яна.
– Он сразу после наезда сбежал. Мы его уже не застали, – ответил один из полицейских.
– Надо опросить очевидцев. Может, кто-то видел момент аварии, – сказал полицейский и вытащил блокнот. – Давай проверим.
И они разбежались в разные стороны.
На прощание один из сотрудников внимательно посмотрел на Цветкову.
– Где-то я вас видел… Вы не уходите, пожалуйста! Мы скоро вернемся.
Лидия Васильевна проводила их тревожным взглядом.
– Узнали тебя. Наверняка твоя фотка по сводке уже прошла. А внешность у тебя приметная. Сейчас увезут в участок, там нас и грохнут. Тикаем! Залезай в машину, поехали!
Лидия Васильевна была настолько убедительна, что Яна не поняла, как оказалась за рулем чужого «фольксвагена» и как дала по газам.
– Мы же с места преступления уехали!.. – запоздало вздохнула Яна, когда они отъехали почти километр с места происшествия. – Оставили пострадавшего без помощи!..
– Ты того пострадавшего видела? Нет. Так какое это место преступления? Бред один!
