— Ты прекрасна, — прошептал он тихо, но в его словах было больше, чем просто комплимент. Это было восхищение, уважение и желание. Он был готов сказать ещё много, но его сердце уже выдавало всё, что он чувствовал.
Лира почувствовала, как её сердце сжалось в груди, так сильно, что ей стало трудно дышать. Она могла бы сказать, что это неважно, что они здесь ради фестиваля, ради общего праздника. Но всё её существо знало: сейчас для неё важен только этот момент. Этот дракон. Так противоречиво и глупо. Но кто не совершает глупостей? Кажется, все феи в той или иной степени совершали глупости, когда выходили во внешний мир.
Когда Лира сделала первый шаг ему навстречу, Азур едва мог дышать. Казалось, что его легкие не выдержат больше, они буквально горели без воздуха, но он не обращал на это внимания. Он был на пределе, собрав все мужество в кулак, чтобы просто не украсть свою девочку, как и хотела его внутренняя сущность. Спрятать сокровище так, чтобы никто и никогда больше не смог ее увидеть.
Выйдя из гостиницы вместе в странной тишине, Азур помог Лире сесть в карету с открытым верхом, и они вместе поехали на фестиваль. В это время мужчина в голове думал о том, как начать разговор, но не мог сказать и слова. Единственное, что было ему под силу сейчас, это взять ее маленькую руку, сжав ее в своей руке. Правда, даже в этом случае ему приходилось контролировать свою силу, чтобы не сделать больно Лире, ведь он чувствовал себя каким-то потерянным юнцом. В этот момент он только больше начал бояться, что она просто исчезнет, растворится в небытие.
На фестивале было полно света, звуков и существ разных рас. Повсюду мигали огоньки, а воздух был пропитан весельем и радостью. Но Лира в этот момент могла видеть только Азура. Она не могла не заметить, как он выделялся среди других драконов. Его уверенная осанка, его взгляд, его магнетизм — всё в нём было таким притягательным. И притягивал он не только ее взгляды. Но что удивляло её ещё больше — это то, как она ощущала себя рядом с ним. Как будто весь мир замедлялся, когда он был рядом. Как будто его присутствие позволяло её чувствам расцветать, как лепестки в утренней росе.
Когда начался танец, их руки нашли друг друга почти незаметно. Азур, с его неумолимой уверенностью, вел её, как если бы они танцевали вместе сотни лет. Каждый её шаг под его рукою был словно шаг в неизведанное, но в то же время она ощущала полную гармонию. И когда они начали двигаться в ритме музыки, Лира почувствовала, как её сердце стучит так, что это могло бы быть слышно везде.
Танец был не таким, как она ожидала. Это был не просто набор движений. Это был разговор без слов. Обмен взглядов, где каждый взгляд был полон смысла. Глубокие, долгие взгляды, которые они обменивались, заставляли время замедляться без ее участия в этом. Она чувствовала его близость, его тепло, и не могла контролировать свое сердце.
Она могла бы продолжать так танцевать всю свою жизнь.
Её сердце стучало так сильно, что, казалось, оно может вырваться из груди, готовое прыгнуть к нему в объятия, прервать всё пространство между ними. Но она не могла. Она стояла здесь, на этом фестивале, с этим драконом, и она не хотела, чтобы это закончилось.
И с каждым поворотом, с каждым вздохом, с каждым движением её тело становилось наполненным чувством, которое она не могла и не хотела понять до конца. Конечно, она не боялась его. Она не боялась своих чувств. Это было что-то новое, что-то мощное. Как неостановимая сила, которая всё больше связывала их.
Когда танец закончился, Азур не отпустил её руку. Он был опьянен этим танцем, опьянен его Лирой. Но еще больше он хотел, чтобы все прекратили смотреть на его сокровище. Собственнические чувства боролись с разумом, и он уже пожалел о том, что они пришли сюда. Возможно, ему стоило пригласить Лиру в более уединённое место, где он мог бы рассказать о том, что чувствует. Открыться перед ней, без оглядки на что-то и с полной искренностью.
— Я хочу украсть тебя, — неожиданно для себя проговорил Азур. В моменте он не контролировал себя, и желание его сердца было озвучено.
— Куда? — вместо того, чтобы убегать и прятаться, спросила Лира, мило моргнув.
— К себе, — признался откровенно он, криво улыбнувшись. — Я хотел бы украсть тебя, чтобы никто не посмел смотреть на тебя. Хотел бы любить тебя всю оставшуюся жизнь, лелеять и оберегать.
Отведя взгляд, Лира нахмурилась с долей уязвимости. Конечно, не из-за желания мужчины, а из-за того, что все это было длиной в жизнь. Она не могла дать им столько времени, но и не хотела отказываться от того, что есть сейчас. Эгоистично она желала взять от их договора в два месяца все, что Азур хотел ей дать.
Жаль только, но Азур воспринял ее молчание по своему, горько улыбнувшись. Впрочем, он не намерен был сдаваться. Сколько бы сил это не заняло, он хотел добиться взаимности.
— Тогда давай уйдем, — предложила Лира неожиданно, заставляя Азура удивленно застыть.