Охнач послушно побрёл, громко шурша травой - его путь отчётливо обозначили сломанные и подмятые стебли, а также кружащийся в неподвижном воздухе пух потревоженных растений, не преминувших воспользоваться случаем отправить в долгий путь свои семена.
Мы с каким-то болезненным интересом следили за его продвижением. Господи, до чего ж неуклюже.
- Да, определённо, он не охотник.
Я согласился.
- Вот так его и проследили. Городской житель.
Ден повернулся ко мне.
- Вот теперь поговорим.
От его взгляда я немного смутился, и приготовился слушать.
- Тебе могло показаться, что этим поспешным бегством я пытаюсь воздействовать на тебя, - начал Ден. - На самом деле это не так. Это нужно было для меня. Я слишком глубоко пустил корни. Надо было их обрубить. Теперь я отправился в путь и прекрасно осознаю, что обратной дороги нет. Не в том смысле, что я не могу вернуться в комплекс... А в том, что прежнее моё невозмутимое душевное состояние не вернётся. Теперь его нет. Я наметил себе новые жизненные цели и не собираюсь сходить с дистанции. Это как стрела... Пустил её, и она пошла...
- Понятно...- я отвёл взгляд: где там наш человеческий друг? Во-о-н о-он. Далеко отмахал.
Да, Ден. А ты, всё-таки, оригинал. Не ожидал такого, не ожидал. Дорогая, однако, была употреблена тобой психотерапия.
- Ну, а люди хоть были?
Он улыбнулся.
- А ты как думаешь?
- Ну, Ден...
- А помнишь, как ты меня в прошлый раз подколол?
- То ж было когда?
- А это сейчас. Ну, а если серьёзно: холм, действительно, надо было сровнять. Следы за собой следует подчищать.
- Осознаю. Понимаю.
- Прекрасно. Переходим тогда ко второму пункту повестки нашего дня...
- А ещё вчера это всё обсудить было нельзя?
- Сегодня. Кроме того, всего пару-тройку часов назад я и сам ещё толком не знал, что сделаю всё именно так. Решение пришло внезапно. Это как момент истины - миг, когда наводка на цель завершена, система тело-оружие уравновешена, дыхание, биение пульса, нервное напряжение - всё приведено в норму, упорядочено, согласовано. И ты либо ловишь этот момент, либо не совершаешь выстрел вообще, ибо в ином случае он пройдёт мимо цели.
- Жизнь - не стрельба.
- Давай не будем придираться к словам.
Ну что ему сказать? Обругать? Не поможет. Душа у него - титановый сплав, не душа. Нет, Игро, лучше держи в ножнах свой клинок красноречия. Тем более, что он у тебя не так остр, как твой Обсидиан.
Да к тому же ты и сам прекрасно знаешь, что значит настоящий момент для удара - когда ты готов, а твой "оппонент" ещё (или уже) нет.
Решение - это росчерк меча. Или спуск тетивы. Миг истины. Попал, или же промахнулся.
- Ладно, - примирительно сказал я. - Что там у нас вторым пунктом?
- А вторым пунктом у нас - путешествие в достославный город Харк. Есть, у нас с тобой, там один общий знакомый.
- Это Боря что ли?
- Какой Боря?
- Не понял. Ты что, не помнишь? Боря Панцерник. Он доспехи клепает. Да он ещё в Войну всю нашу бригаду защитой оборудовал. Неужели запамятовал?
- Боря, Боря...- Арчер нахмурился. - Что-то не помню. Знавал я немало людей с подобным именем...
- Ну он доспехи делает.
- Да ну их к чёрту! Доспехи... Те тоже делали... Я о Константине.
- Каком именно?
Признаюсь честно. Я не до конца оценил давнюю привычку Наставников, пусть не долог будет их путь, давать своему незаконнорожденному потомству человеческие имена. Это странно. Ей богу. При рождении меня окрестили совсем по-иному. И Дениса (Дана), и того же Бориса, и целую плеяду Константинов (как минимум помню троих: первый, второй, третий - этот и предпоследний, вроде бы, спят; тот, что первый, сгинул, кажется, безвести).
До десяти лет - помню это всё, как будто свершилось сегодня - я жил под своим первым именем (Игро... На мой не совершенный взгляд звучит значительно лучше, чем обычное человеческое: Игорь-рё-к...). Но в один прекрасный день всё изменилось.
В отношении к нам Наставников, да пусть сбудутся их мечты найти новый мир, наметилась отчуждённость.
Началось всё со смены имён. Нас словно попытались сориентировать на человечество, напоминая, что в наших жилах течёт и этого племени кровь. Причём больше чем следовало.
Помню первые контакты с людьми.
Дикие. Дурно пахнущие. Чумазые и говорливые. Слишком уверенные в себе и невероятно глупые. Больные суевериями и яростной вспыльчивостью.
Первое общение вызвало лишь отвращение. Второе - усилило. Дальше хуже.
Одно дело - изучать их по виртуальной энциклопедии. Другое - встретить воочию. Внешний вид, манеры, а хуже всего их жестокость - весьма поспособствовали выработке у всех нас (тогда ещё двадцатилетних юнцов) комплекса превосходства. МЫ НЕ ТАКИЕ. И пусть по крови мы братья, сознание у нас иной РАСЫ.
МЫ не убиваем своих. И не гордимся пролитой кровью.
