Два профессиональных афериста, оказавшись гостями богатого коневладельца в поместье «Villa Amentia», решают похитить его любимца, бесценного жеребца по кличке Феликс. Но напарники явно недооценивают своих таинственных соперников, которые, скрываясь под масками любящих членов семьи, преследуют каждый свои собственные интересы.
Посвящается папе
При написании этой книги я во многом полагалась на знания и опыт людей, которые проявили трогательное внимание к моим проблемам и бесконечным вопросам.
Я от всей души благодарю Юрия Романова, судью международной категории по конному спорту, за безграничное терпение и неоценимую помощь в работе над книгой, Владимира И. Жуковского, директора Центрального московского ипподрома, за возможность заглянуть в головокружительный мир скакового спорта, архитекторов Хорена Морозова и Вячеслава Спицына за то, что придумали и нарисовали для меня таинственную «Аменцию», Викторию Кривицкую за поддержку и помощь в обсуждении моих сумасшедших идей.
Все эти люди обладают исключительными знаниями в своих сферах деятельности.
Допущенные в книге ошибки и неточности остаются на моей совести.
Арнольд никогда не скучал по прошлому. Он не любил предаваться воспоминаниям, а когда все же приходилось, не испытывал ностальгии по ушедшим годам. Он не умел тосковать.
В те ночи, когда за окном зловеще завывал ветер, а улицы города становились безлюдными, Арнольд ложился под теплое одеяло в сладком предвкушении тоскливых мыслей. С упорством вглядываясь в темноту, он ждал тревожных визитов из прошлого, ждал, когда возникнут знакомые лица, всплывут давно забытые истории и его сердце невольно сожмется от тоски.
Ему говорили, что только в такие минуты до конца осознаешь, как быстротечна жизнь. Арнольд смиренно закрывал глаза, готовый погрузиться в мир меланхолии и страхов, и… сладко засыпал. Обычно ему снились красивые женщины или блестящие ретроавтомобили.
За окном стояла великолепная весенняя погода: поздний апрель, не дождливый, безветренный, с заметно удлинившимися светлыми вечерами, предвещающими неизбежный приход лета.
Их новая съемная квартира являла собой образец идеального жилища гостиничного типа. Светлая функциональная мебель, пустые, не обремененные ненужными вещами полки, минимум посуды и полное отсутствие чужого запаха.
Изучая безликую обстановку, было трудно определить род занятий новых жильцов. Они не старались придать дому уют или создать особенную атмосферу. Они не заполняли свободные места личными предметами, не застилали полы коврами, не докупали недостающие части сервиза.
Аренда квартиры была пунктом стандартного плана, который они осуществляли перед началом каждого нового проекта. Находясь на каникулах, они все равно продолжали придерживаться давно заведенных привычек, раз в шесть месяцев обновляя свой адрес в профилактических целях.
Этой весной они решили рискнуть и временно поселиться под одной крышей. Во-первых, новая квартира свободно вмещала двоих жильцов, а во-вторых, как говорил Арнольд: «Наши дальнейшие рабочие планы все еще не обрели четких очертаний».
Сам он немного волновался по поводу любовных свиданий, являющихся неотъемлемой частью его страстной натуры, и потом, им давно уже было не по восемнадцать лет, чтобы их быт вновь напомнил о бурных студенческих годах.
Друзья ценили общество красивых женщин, но лишь в форме непродолжительных связей. Для того чтобы избавить себя от ненужных проблем, они уже многие годы придерживались двух обязательных правил: не спать без женщины более трех раз в неделю, дабы не обострялось чувство голода; не спать с одной и той же женщиной дважды в течение одной недели.
После недолгих сомнений они приняли единодушное решение в пользу временного общего дома, согласившись ненадолго забыть о плотских удовольствиях.
Оба мужчины производили крайне приятное впечатление на окружающих. Они выглядели молодо, но были далеки от образа неопытных юношей, озабоченных проблемой сексуальной зрелости. Прекрасно воспитанные и безупречно вежливые, они вели тихий и неприметный образ жизни, не вызывающий раздражения у соседей. Несмотря на внешний лоск и изысканную ухоженность, их редко принимали за гомосексуалистов и никогда не принимали за братьев. Что полностью соответствовало правде.
Арнольд переминался с ноги на ногу, ожидая, пока Игорь закончит забинтовывать его запястье. Он исполнял свои обязанности невыносимо медленно и педантично. Стеклянная дверь, ведущая на балкон, была приоткрыта, оттуда приятно тянуло освежающим весенним воздухом.
Стоя посреди чистой просторной кухни, Арнольд так и норовил облокотиться о разложенную гладильную доску, на которой стоял невыключенный раскаленный утюг. Ни одна прачечная не была способна удовлетворить требования этих мужчин к качеству выглаженных манжетов.
