Покончив с ловушкой, я напялил кольцо со вторым я, поменял ник, с внешкой тоже пришлось повозиться, теперь я немного старше и темнее кожей. Портал открылся в столичном парке, ближе к окраине, за растительностью тут не особо следили, так что можно сказать, оказался в лесу. Сориентировался по местности, до старого адреса Митрича примерно двадцать минут неспешной ходьбы и отправился на разведку.
Погода была прекрасной, парк благоухал хвоей, чирикали птички, как говорил один из бывших коллег: наливая да пей. Я прошёл мимо такой компании: тройка мужиков с виду далеко не первой свежести, распивали беленькую из пластиковых стаканчиков. Один из них даже поманил меня, типа присоединяйся, я лишь ухмыльнулся в ответ.
Вот и Митрич, где-то также заседает, — я на это надеялся. Может, стоит по этому лесочку прошвырнуться? Радар у меня мощный, за пару часов управлюсь.
Обдумав эту мысль, тут же забраковал: лишняя трата времени, этак мне придётся всю столицу шерстить, с областями.
Дом, где раньше проживал напарник, находился в спальном районе, старенькая пятиэтажка, стояла напротив обновлённого здания лицея. Небольшой микрорайон, в каждом доме по алкомаркету, ногтевому салону и парикмахерской, а в торце одного из соседских домов, расположился ритуальный салон с циничным названием «Грустно и точка». Короче, полный комплект услуг.
Уже у нужного подъезда, я понял, что Митрич здесь был.
Два новеньких, дорогих кроссовера, серебристый и красный, номера у обоих три семёрки, отличались только буквы. А самое главное, серебристую машину натирал молодой мужик, очень похожий на моего напарника. Морда чуть круглее и наглее, минимум морщин, висящее пузо.
Видать, фигурой в мать, — подумал я, подходя к нему со спины.
— Капитан Чибисов особый отдел, день добрый!
Предполагаемый сын Митрича дёрнулся и уронил тряпку.
— А? Что? — ко мне, точнее, к красной корке удостоверения повернулась испуганная физиономия.
— Кем вам приходится Ерёмин Константин Дмитриевич? — я убрал пустую корку в карман.
— Э-э… отцом приходится, — неуверенно ответил тот. — А-а, что случилось?
— Вашего отца разыскивают сотрудники торгового центра Меганом…
— Если он что-то украл, то я тут ни при чём…
— Вы не поняли, — я едва сдержался, чтобы не скривиться. — Это его торговый центр, сотрудники работают на него, люди потеряли своего шефа.
Было интересно смотреть на метаморфозы, происходящие с лицом сына Митрича. Из бледного в серое, затем вдруг порозовело, глаза напоминали старые Ленинские рубли.
— Это, тот, что в центре? Три этажа, кинотеатр…
— Совершенно верно, — перебил я, замечая ещё большие перемены.
Я не спрашивал у Митрича, как зовут его сына, неинтересно, считал его хапугой, и сейчас это подтверждалось. Глаза молодого мужчины налились алчностью, он лихорадочно думал, я даже предполагал тему размышлений: «Вот бы сейчас папаня пропал, а мы, нет, я ближайший родственник», — похоже, он начал прикидывать, что будет говорить начальнику при увольнении. Пришлось его приземлять.
— Он задолжал крупную сумму в бюджет города… махинации с налогами, дело уже передано в прокуратуру, — жадная мечтательность, сменилась на вороватость. Мне нравилось на это смотреть. — В случае неуплаты имущество будет изъято, — я как бы невзначай перевёл взгляд на кроссовер.
— Он ушёл в магазин позавчера днём, да так и не вернулся! — выпалил мужчина, загораживая обзор на машину, а так как их было две, он начал метаться. — И вообще, отец давно сам по себе и в нашей квартире не прописан!
— Коля⁈ — раздался зычный женский голос.
Я поднял взгляд, с балкона третьего этажа выглядывала женщина в домашнем халате.
— А ты мою машину натёр воском?
Коля махнул ей рукой, не сводя с меня взгляда.
— Так значит он ушёл, вы его искали? — уточнил я.
— Нет! — быстро ответил тот.
— Николай, кто это? По поводу дома разговариваешь? Я тоже хочу, сейчас спущусь!
— Закрой балкон, женщина! — не выдержав проорал Николай. — Дома сидеть!
Теперь его морда покраснела, злой взгляд метался, выдавая истинные чувства.
— Даже заявления в полицию не подавали?
— Нет, я же говорю, он здесь давно не живёт, зашёл в гости с тортиком, а потом ушёл!
С тортиком, как же. Как минимум две совсем недешёвые машины, зная Митрича, можно предположить, что и наличных гору отвалил, разговоры про дом. В общем-то, это не моё дело, пусть старик сам разбирается, если ещё жив.
— Хорошо, спасибо, так и запишем, — не показывая эмоций, сказал я.
Развернулся и не прощаясь пошёл в сторону метро, там было ещё одно место его вероятного пребывания.
В пору жадной поздней юности, это было в девяностых годах, я считал бомжей людьми, не сумевшими приспособится, да, такое тоже имело место быть. А в остальном, это жертвы зелёного змея, здесь тоже, правда. Казалось, вот дай им работу, и те с радостью вольются в ряды добропорядочных граждан. А на деле, немного по-другому, за спасительный шанс хватались единицы, остальных же устраивало подобное существование.
