Десять лет назад отец Джой Грин сумел остановить монстра. Серийный убийца по имени Маркус Морлоу устраивал настоящие бесчинства, казня молодых женщин. От эпизода к эпизоду образ действий маньяка постоянно менялся. Неизменным оставалась лишь его ДНК на местах преступлений. Полицейским удалось загнать дьявола в угол. При аресте Морлоу получил серьезную травму головы и впал в глубокую кому. Спустя много лет, преступник пришел в себя, напрочь забыв кто он. На мужчину обрушился целый мир, желая разорвать его на куски. Но Маркус не верит в то, что он был способен на подобные зверства. Он не помнит крови жертв на руках. А самое главное — он не чувствует в себе того зла, в котором все пытаются его обвинить. Джой придется разобраться: того ли человека поймал ее отец?
Хмурая синева полной луны освещала лицо чернокожего бездомного. Раскуривая вялую самокрутку, мужчина пытался сосчитать в уме: сколько же ему удалось наскрести денег за прошедший вечер? Пять, десять долларов? Впрочем, на пару банок пива перед прохладным уличным сном должно хватить.
Внезапно, послышались громкие шаги. Они гулким эхом доносились из кривого закутка между домами. Мужчина увидел хрупкую босую женщину, идущую по грязным лужам.
Держась за огромный живот, она старалась выйти на свет. По лицу стекали красные струйки, до жути напоминавшие мироточение. Женщина тянула руки вперед, пытаясь найти поддержку там, где была лишь пустота и холод.
На каком она месяце? Наверняка ей рожать уже вот-вот!
В белом платье и грязном платке, поверх седых волос, бедняжка дрожала от холода. Учитывая, какая выдалась морозная ночка, бездомного всего передернуло.
Присмотревшись внимательнее, он заметил, что она довольно молода. Но почему ее волосы выглядели, как парик пожилой дамы? Еще несколько шагов и девушка рухнула на колени перед обитателем ночных улиц, попутно сломав клуб дыма из его папиросы.
— Господи! — воскликнул бездомный. — С вами все в порядке?
На вопрос бродяги она не ответила. Проведя рукой по лицу, незнакомка еще сильнее размазала кровь. Именно кровь. Теперь мужчина отчетливо это увидел. Он не мог ошибиться, слишком часто его избивали в глухих подворотнях. Что такое кровь он знал не понаслышке.
— Вас ограбили?
— Прошу. Он идет за мной, он хочет забрать, — прошептала девушка.
— Что? Кто? — бездомный помог встать новой знакомой на трясущиеся ноги. — Кто вас преследует?
— Нельзя… Не могу… Невозможно…
— Чего нельзя? Не понимаю?
Он пытался разобрать ее слова, но девушка говорила тихо, сквозь плач. Смотря в испуганные до ужаса глаза, мужчина невольно проецировал ее страх на себя.
— Мне нельзя…
— Чего вам нельзя?
Буквально секунда и дрожь в ее теле сошла на нет. Незнакомка перестала шептать неразборчивые бредни. Вместо этого она схватила бездомного за плечи и заглянула окровавленным лицом в его глаза:
— Мне нельзя говорить его имя!
Ощутив холод, промчавшийся от макушки до пяток, мужчина несколько секунд стоял в оцепенении. О ком она? Чье имя нельзя называть? Что черт возьми здесь вообще происходит?
— Он хочет забрать, — девушка положила кровавые ладони на выпирающий живот, оставив багровые пятна на белом платье. — Он всегда забирает то, что принадлежит ему. Но я не могу… Просто не могу!
— Что?! — спросил бродяга. — Чего вы не можете?
— Я не могу позволить ему завершить круг.
— Круг?
Теперь бездомный испугался по-настоящему. Его трясло так сильно, словно температура резко понизилась. Несмотря на то, что перед ним стояла хрупкая девушка, не представляющая никакой опасности, он хотел очутиться где угодно, только не рядом с ней. Что-то в ее словах пугало до чертиков. То, с каким испуганным выражением она вглядывалась в его уставшее лицо, как отчаянно вцепилась в его одежду! — так сильно он не трусил уже очень давно.
— Пойдемте, — собравшись с духом, сказал мужчина. — Здесь недалеко есть церковь. Уверен, там вам помогут.
Обхватив бедняжку за плечи, он повел ее в сторону храма. Туда, где все страхи должны сойти на нет. Туда, где приходит успокоение.
Но что-то подсказывало: того, кто гонится за девушкой, это место вряд ли остановит.