Вот так мы и катили, я сидел в пол-оборота, закинув локоть левой руки на спинку и слушал что пришлось пережить ребятам. Ну и свои приключения описал, как нашу группу разбили, как к нашим выходили, воевали. Как генерала дали, и взял Минск, и как в рейд ушёл, да и новости по миру. Кстати, шофёр, пожилой усатый сержант, тоже слушал. Похоже ему тоже многое оказалось новостью. Мы как раз обогнали передвижную пекарню, от которой доносились ароматы запекающегося хлеба, когда Семёнов спросил:
— И что, Юго-Западному никак нельзя помочь?
— Для начала я не вижу причин ему помогать. Тот вполне сам может остановить немцев, без особых усилий. Просто у наших командиров окружение вызывает огромную панику, что передаётся дальше. Сейчас части в панике пытаются вырваться из ловушки. Какая ловушка? Вот у меня армия в Минске сидит, не имеет контактов с Большой землёй, кроме воздушного моста, и что? Нужно поставить во главе фронта нормального генерала, что прекратит панику, расстреляв этих паникёров, приведёт дивизии и армии в порядок и врежет уже самим немцам. Сил достаточно. Юго-Западный фронт губит паника. Тот же генерал Жуков достаточно жёсткий командир, думаю вполне справится. Однако командует фронтом другой, а что он устроит, не знаю. Поэтому уверен, что Юго-Западный фронт обречён. Мы же далеко, и не пожарная команда, что должна спасти всех. Корпус выполняет поставленную задачу, и будет дальше выполнять.
— Страшное дело, — сказал Бичурин.
— Меня удивляет как корпус так спокойно идёт, и немцы не перекинут силы и не уничтожат вас, — сказал Семёнов.
— Причина в авиации. Она нам здорово помогает. В Минске у меня дислоцируется ночная отдельная эскадрилья пикирующих бомбардировщиков, «Ар-два». Я уже подал заявку в Генштаб на выпуск этих пикировщиков, а то почему-то прекратили. Лётчики влюблены в них, в отличии от «Пе-два». Так вот, ночью до выхода корпуса, эти бомбардировщики звеньями облетели разные железнодорожные ветки, и банально бомбили колеи и полустанки, где нет зенитного прикрытия. Они разнесли линию Пинск-Гомель, в Прибалтике и на Украине поработали, а «Пе-два», дневные пикировщики, работали днём. Поэтому, немцы просто не успевают за нами. Железной дорогой силы не перекинешь, там ремонтные поезда работают, их тоже бомбят, на автотранспорте не нагнать, мы банально быстрее, поэтому в Люблине больше чем на сутки я не задержусь. А «Арочки» и «пешки» продолжают бомбить.
— А в чём смысл этого рейда? — задал правильный вопрос Семёнов.
— Показать немцам, что мы тоже можем их бить, — за меня ответил Бичурин.
— Это конечно тоже, показать себя, но не на первом месте. Не первым голод и дефицит всего. Не поняли? Минск по сути блокирован, там полмиллиона жителей, не считая тех что в окрестных деревнях живут, да ещё триста тысяч бойцов и командиров моей армии. И мои маневренные группы продолжают работать, перехватывая колонны военнопленных, и освобождая лагеря. Пополнение идёт и освобождённых ставят в строй после проверки.
— Их нужно кормить, — тихо сказал Семёнов.
— Да, их всех нужно кормить, запасов сделано немало, но это максимум на месяц. Этот вопрос частично решают маневренные группы, освобождение пленных — это попутная задача. Главное захват складов, и вывоз продовольствия. Сейчас уборочная идёт, перехват колонн и обозов, и даже поездов, расстреляв паровозы, уже обычное дело. Всё вывозиться к Минску, где строительными батальонами срочно создаются подземные хранилища, разные, включая овощные базы. Поэтому и у корпуса основная задача добыча ресурсов. Первое, это продовольствие, второе, это топливо, бензин и солярка. Также авиационный бензин. В моей армии пять автобатов, включая тот автобат, что за корпусом числится, более пяти тысяч автомобилей. Три с половиной тысячи из них идут с нами, представляете длину тылов? На этих машинах пустые бочки, куда и сливается добытое топливо, захваченное на разных станциях, или городах. Мы в рейде как викинги, за добычей идём. Зачем к своим пробиваться и требовать, что нужно, у наших интендантов, когда тут добыча имеется? Двойной плюс. И немцев бьём и добыча из трофеев. Именно поэтому по сути главными тут снабженцы в походе, решая куда идти и что брать. Рук им здорово не хватает, поэтому, когда ваш лагерь освободили, первыми искали интендантов и снабженцев и первыми их проверяли, сразу ставя встрой. Нарезая свой круг задач. Ну а по вам, поставлю в резерв, где потребуется командир, если прошлый выбыл, погиб или ранен, и вас задействуют. О, ещё. Я на вас представления написал, за расстрел одной колонны, уничтожение другой и атаки третьей. На «Красные Звёзды». Вернёмся в Минск, отправлю запрос в наградной отдел.
