Потолок всей поверхностью излучал мягкий рассеянный свет, лишая комнату теней, и предметы казались плоскими, словно вырезанные из бумаги. Я повернулся на бок, подмял подушку под голову и попытался вздремнуть, но ничего не вышло: слишком много мыслей, словно топчущиеся в застрявшем лифте пассажиры, не давали расслабиться. Нехотя пришлось встать. Босые ноги ощутили неприятный холод пола, но корабль не спешил исправить дискомфорт – без эмулятора сферы души с Полом внутри я вряд ли мог претендовать здесь на статус выше мебели.
На мостике Рэйчел развалилась в кресле и листала монографию о звёздной навигации, морщила лоб, пытаясь разобрать непонятные места и постоянно обращалась к нескольким справочникам. Увидев меня в одноразовой больничной пижаме, ссутуленного и держащегося за стену, она покачала головой:
– Без имплантов мы всего лишь никчёмное мясо…
– Без знаний и навыков, – парировал я.
Женщина притворилась, что хочет бросить в меня планшет, а потом будто передумала и уступила место.
– Готова сдаваться на милость судей? – спросил я.
– Давно… А ты не хочешь сначала прийти в себя окончательно? Выглядишь, словно тебя пытали.
– Там мне быстрее помогут.
Монитор показал деформированную сетку, в узлах которой располагались самые яркие и долгоживущие звёзды, что использовали люди для навигации ещё со времён первых перелётов в Солнечной системе. Я без особого труда сориентировался и с помощью бортового ИИ начал разрабатывать маршрут. Естественно, что я не помнил всех формул, коэффициентов и поправок, но понимание устройства мира и его базовых законов, позволили, вооружившись вычислительной мощью яхты, рассчитать безопасный нырок к Надонии.
Рэйчел внимательно наблюдала за мной, а когда я передал ИИ все необходимые команды и удовлетворённо потянулся, разминая затёкшее тело, спросила:
– Вас всех учат так?
– Как так?
– Всему понемногу, но нескольким дисциплинам основательно?
– Ну есть же необходимый минимум!
– Зачем? Для чего забивать голову тем, что не пригодиться в работе?
– Ну, представь, что встретятся хирург и инженер, а поговорить не смогут, – я рассмеялся, но Рэйчел угрюмо стучала пальцами по маленькому столику, – Глупыми легче управлять, зато полноценно развитыми управлять не нужно вовсе. Образованные люди сами делают правильный выбор в большинстве ситуаций, выполняют необходимую работу и не нужно ставить над ними начальников, содержать огромную армию полицейских и прочее. Государству остаётся только координировать действия разных групп, да отлавливать редких девиантов.
Спутница горько усмехнулась и задумалась, она не нашла, что возразить. Тем временем маршрут был построен, и яхта начала подготовку к нырку.
– А нас не расстреляют из орбитальных установок? – Рэйчел расположилась на соседнем ложементе, который уже обхватил её тело, оставив возможность двигать лишь глазами.
– Мы не звери. Сначала думаем, потом стреляем.
Система жизнеобеспечения на короткий миг отключила сознание, показалось, что всего лишь моргнул – и сразу же перед глазами на мониторе возник новый рисунок звёзд. Ожил коммуникатор с требованием от автоматической станции назваться, я включил протокол военного шифрования и собирался ответить, когда пошёл вызов с высшим приоритетом.
– Борт "яхта Пола Уитмана", оперативный следователь Жданов Вячеслав Семёнович слушает.
– Разве тебя ещё не отстранили? – в синтетическом голосе послышалась насмешка, – Я без протокола и неофициально.
– А я думал, что после закона о публичной жизни президента, у вас не может быть ни одного неофициального телодвижения, товарищ Штайн.
– Закон о неприкосновенности мышления никто не отменял. Я сейчас официально сплю, и камеры это фиксируют, а о чём любой человек думает, знать никому не положено. Думаю, ты догадался, что твой "побег" устроили не мы, но не воспользоваться этим случаем нельзя. Пришлось лично вмешаться, едва смогли убедить Старцева сыграть его роль. Кстати, ты и Рэйчел мертвы официально. Немного подробностей будет в материалах. Канал связи неустойчив. Прими данные для новой операции.
– Что будет со Олегом?
– Он при тебе жаловался на своё положение? Говорил, что он солдат, а не управленец? Так вот он призван в действующий флот. В наказание будет год обучать десантников.
– А моего мнения кто-нибудь спросит? – подала голос, молчавшая до этого Рэйчел.
– Вам, госпожа Роузен-Вахид, понравится работать с нами, уверяю, – в интонациях сквозила едкая издёвка, но это было именно то, что зацепило Рэйчел и вызвало любопытство.
Голос президента затих, давая время подумать.
– Чей агент Давид? – спросил я после паузы.
– Не мой, – коротко ответил Штайн, – С ним работают.
Данные загрузились: множество звёздных карт, личные досье, описания техпроцессов промышленных установок и многое другое.
– Мы готовы к войне, – напоследок сказал президент, – А твоя задача сократить число жертв. Так что – удачи!
Самым первым приказом было отправиться по точным координатам.
