Сегодня как никогда настоятельно необходимо экономическое переосмысления понятия современного ростовщичества как механизма навязывания странам и народам виртуальных долгов финансовыми институтами «золотого миллиарда» методами процентной экономики, создание и обслуживание «процентными рабами» финансовой пирамиды долгов. Маркс называл лишенное материальности иллюзорное накопление “фиктивным капиталом” и говорил о методе “фабрикации фиктивного капитала” (“Капитал”, том 3). Основу этого процесса составляет система кредита или капитал, приносящий проценты. Процент, как мы рассматривали в главе, посвященной процентной экономике, - это прибыль, которую приносят деньги как кредитный капитал. Структура капитализма при этом следующая: деньги, которые не могут быть непосредственно вложены их владельцем в производство, ссужаются (обычно через банковскую систему) производственному капиталу, чтобы там добавиться к реальному процессу получения прибыли. Процент, который кредитный капитал предоставляет производственному капиталу, есть ни что иное, как “часть прибыли” от производственного капитала, которая уплачивается кредитному капиталу за ссуженные деньги. Однако, ситуация меняется в случае, если капитал предстает в виде денег, приносящих деньги, минуя реальное производство. Это и есть фиктивный капитал. Современные государства давно уже не могут оплачивать свои функции из реальных налоговых поступлений. Они должны регулярно занимать деньги на финансовых рынках, что, разумеется, означает: “Государство должно ежегодно уплачивать своим кредиторам определенный процент за ссуженный капитал” (“Капитал”, том 3). Несправедливость такой ситуации была очевидна для экономиста и поэта Эрза Паунда; он заявляет, что «кредит нации принадлежит нации, и нация не нуждается в оплате собственного кредита. Нация, не желающая залезать в долги, бесит ростовщиков. Правительство, заявляющее: «мы не можем строить железные дороги, поскольку у нас нет средств» столь же смешно, как и то, которое заявит, что строительство невозможно «из-за отсутствия километров». Государство само может стать заимодавцем. Флот, победивший при Саламине, был построен на средства, одолженные Афинским государством оружейникам». Заметим в этой связи, что президент Линкольн был убит убийцей в вечер того же дня, когда он заявил, что он планирует выпускать американские деньги правительством, без выплаты процентов банкирам, так же как он делал для финансирования Гражданской войны.
Бывший канцлер Германии, социалист Карл Шмидт замечает: «В монетарной экономике создается большой объем фиктивных производственных мощностей. Фиктивных потому, что они призваны обслуживать интересы гигантского сектора финансово-спекулятивной сферы... Ее высшее воплощение и экономический нерв - мировая валютно-финансовая иерархия - ничего конкретного не производит, хотя ее прибыли растут как бы из ничего, или, другими словами, «из воздуха». Она паразитарная в самой своей нынешней сущности, а потому поддерживать необходимый экономический «жизненный тонус» может либо в партнерском союзе с остальным миром (что в принципе противоречит коренным интересам банковской элиты), либо в роли жестокого валютно-финансового вампира, который мерным шелестом цепных бумаг, велеречивыми разговорами о демократии, парламентаризме, экологии и правах человека изысканно - вежливо мистифицирует простодушных партнеров».
Занятость большого числа людей прямо или косвенно зависит теперь от создания фиктивного капитала. В США численность занятых в финансовых институтах в 1992 г составила 2561 тыс. чел. В городе–государстве Сингапуре большинство рабочих мест принадлежит банковским служащим.
Именно крупный капитал сейчас правит миром, а не президенты и правительства. "Торговцы валютой и ценными бумагами, действующие в мировом масштабе, направляют непрерывно растущий поток свободного инвестиционного капитала и могут тем самым определять счастье и горе целых государств, делая это, будучи свободными, от государственного контроля". Так писал в 1997 году Ганс-Питер Мартин, доктор юридических и политических наук, член-корреспондент Римского клуба.
Это подтвердил 22 июля 1996 года бывший генеральный секретарь ООН Бутрос Гали: "В очень многих сферах политические лидеры уже не обладают суверенитетом в принятии решений. Но они полагают, что ещё могут сами решать центральные вопросы. Я утверждаю, что это лишь фантазия, только иллюзия".
