И Н О К Е Н Т И Й
СМОКТУНОВСКИЙ
МОСКВА
2010
"Творческий портрет"
ФЕНОМЕН СМОКТУНОВСКОГО
Время меняет лица. Так получается, что кто-то лучше других выражает представление миллионов о любимом герое. Проходят годы, по-иному окрашивается жизнь, происходят необратимые перемены в психологии зрителей и те, кто еще в прошлом голу привлекал наше внимание, уходят в тень. Быть выразителем эталона человека той или иной эпохи почетно. Немногие из актеров удостаивались этой чести. Но как же редки актеры, которые остаются в фокусе интересов многих поколений зрителей!
Их положение меняется, но присутствие в искусстве ощутимо. Что бы и где бы не играли – в кино, в театре ли – режиссеры и исполнители держат в "уме" облик такого актера, то новое, что принес он. Это выдающиеся мастера со своей уникальной темой, выражающие социальные, нравственные, эстетические устремления общества.
Следовало бы назвать их великими, но мы стыдливо оставляем этот эпитет потомкам. Вряд ли это справедливо.
Живописец, композитор, писатель, архитектор передают свое творчество будущему в том виде, в каком получали его современники. Актер, особенно театральный, уносит его с собой. Сценический образ не существует вне зрительного зала, вне настроения тех, кто сегодня пришел в театр.
К таким выдающимся мастерам принадлежит Иннокентий Смоктуновский. Его путь необычен, а достижения столь обширны, что право же надо говорить о "феномене Смоктуновского".
Он появился более четверти века назад и сразу вызвал пристальный интерес. Внезапные превращения в искусстве, особенно исполнительском, случаются. Недаром же стала нарицательной фраза из чьей-то давней рецензии: "наутро он проснулся знаменитым!" Но крайне редко, "проснувшись" в новом качестве остаются не короткой сенсацией, а явлением, школой, направлением.
Когда "бодрствование" становится пожизненным, а создания оказываются непреходящими художественными ценностями.
Так случилось со Смоктуновским.
Читатель, взявший его книгу "время добрых надежд" и открывший те ее страницы, где автор описывает детство, юность, испытания войной, последующие годы скитаний будет поражен и литературным слогом, каким все это написано, но прежде мытарствами героя. Юный демобилизованный солдат, уже прошедший школу войны, но еще и не знающий начальных классов мирной жизни – такова участь его поколения – юноша, мечтающий о театре, однако имеющий за плечами лишь медицинский техникум. Жизнь бросала его из театра в театр, из Норильска в Волгоград и далее и далее…
Есть "подсобные рабочие", а в театре есть "вспомогательный состав". Там подвизаются честолюбивые мечтатели или, напротив, люди тихо влюбленные в театр и желающие только быть в нем, только участвовать в ежевечернем сотворении мира.
Смоктуновский не был ни тем, ни другим. Он интуитивно ощущал, что здесь он должен, наконец, родиться как личность. Внутри его рвалось, кричало иное существо. Как случается почти младенца бросает к роялю и к изумлению взрослых мир наполняется мудростью и легкостью его звуков, так, очевидно и заколдованного театром влечет на сцену неведомая сила.
Его сравнительно долго "не видели" и "не слышали" главные и неглавные режиссеры многочисленных театров, легко отпускавших его от себя. Даже в прямом значении слова – не слышали выразительных модуляций его голоса, бархатистого тембра, своеобразного звучания природного инструмента.
Конечно, в молодости он владел им не так как теперь, но ведь он играл и большие роли! Мне кажется все дело в том, что во всем, что он делал на сцене на заре своей актерской жизни странным образом сочеталось его ни на что и ни на кого непохожая индивидуальность и отсутствие "школы", без которой нет профессии.
Подумаешь, сколько же ему пришлось преодолеть, и диву даешься! Если нужен пример героической борьбы за свое призвание, за место в искусстве, борьбы с неверием, но прежде всего – с собой, то это Смоктуновский! Может быть поэтому рассказ о своем творчестве он начинает – вы это сейчас услышите – с рассказа о себе. Что есть я в этом мире? Что такое человек? Какова связь его с другими людьми? Мудрые вопросы, вечные вопросы...
То, что он рассказывает – литература. Она может даже раздражать – так не по канонам это написано, так непохоже. Но это он, это его... Ночная прогулка по лесу с дочерью. Ночное небо. Ночные яркие звезды. Маленькая девочка силится достать их палкой. В его голосе удивление миру.
Что это? Откуда это?
Звезды, ребенок, дочь...
У него дар впервые открывать открытое. Если же о теме, его т е м е, то это УДИВЛЕНИЕ МИРУ. И еще ЛЮБОВЬ.
Рассказывая о себе он строит композицию так, чтобы сразу же о главном – ради чего живет. И непременно сказать не буднично, а наивысшими словами. Поэтому звучит двадцать пятый сонет Шекспира:
Кто под звездой счастливою рожден, –
Гордится славой, титулом и властью,
А я судьбой скромнее награжден,
И для меня любовь – источник счастья.
