Английский писатель Рой Керридж так охарактеризовал особенности ирландского национализма: «У них с незапамятных времён существовала каста воинов, которая сегодня называется ИРА. Их нельзя назвать патриотами, потому что в прошлом они были готовы призывать на роль правителей испанцев, французов, немцев — лишь бы навредить Англии. Мы, англичане, останемся навсегда врагами в глазах касты воинов, что бы мы ни делали».[350]
История терроризма, развязанного ИРА в Ольстере в годы после Второй мировой войны, подтверждает это печальное наблюдение. Казалось бы, что стоит радикалам-католикам просто переехать из ненавистного протестантского Ольстера в соседнюю независимую католическую Ирландию? Нет, они предпочитают оставаться там, убивать протестантов и провоцировать их на ответные убийства. Иррациональность такого поведения даёт нам основания для того, чтобы перенести этот пожар в разряд войн, описанных в главе II-2; «Отставшие атакуют обогнавших».
Помню, после очередного теракта в Белфасте сострадательная англичанка горячо говорила мне:
— Мы должны уйти, уйти оттуда!
— Мэри, — сказал я, — там 70 % населения — англичане, которые в ужасе от перспективы оказаться под властью католического большинства в Ирландии.
— Неважно! — воскликнула сердобольная Мэри. — Главное — чтобы мы не отвечали за всю эту кровь.
После окончания Второй мировой войны новые независимые государства стали возникать на карте земного шара чуть ли не каждый месяц. И почти все эти «рождения» сопровождались свирепыми военными конфликтами или террором. Выход Индии и Пакистана из Британской империи (1947) унёс около полутора миллионов жизней, потом к этому добавились ещё сотни тысяч при отделении Бангладеша от Пакистана (1971). Создание Израиля (1948) вызвало такую волну возмущения в мусульманском мире, что война израильтян за независимость по сути длится до сих пор. Возникновение независимых государств в Африке затянуло весь континент кровавым туманом так, что наш мысленный взор уже не поспевает следить за заголовками новостей, сообщающих каждое утро о новых боях, вторжениях, свержениях правителей, терактах.
При своём возникновении Организация Объединённых Наций насчитывала 50 членов (1945). Сегодня их число достигло 193. Развал СССР и Югославии вызвали рождение двух десятков новых государств и беспрецедентное число военных столкновений и погромов. Выше уже говорилось о несовместимости двух лозунгов, двух догматов, утвердившихся в правилах международных отношений наших дней: ненарушимость границ и право любого народа на создание независимого государства. Каждая супердержава может извлекать тот или иной догмат по мере надобности и украшать им свою политическую демагогию. Так и получается, что два месяца бомбить сербов ради создания независимого албанского Косова — дело похвальное и гуманное, а бескровное и добровольное присоединение двух миллионов этнических русских, живущих в Крыму, к своей исторической родине — это такое грубое нарушение неприкосновенности границ независимой Украины, что прощения ему не может быть никогда.
Из нашего исторического обзора мы имеем право сделать такой вывод:
Далеко не всем это удавалось. У международной дипломатии нет критериев, по которым можно было бы принимать у разных этносов «экзамен на зрелость». Именно поэтому им так часто приходится прибегать к вооружёной борьбе. Долго тянулась война тамилов за выход из Шри-Ланки (Цейлон), но кончилась поражением. Чеченцы дважды воевали в 1990-е за отделение от России — и тоже тщетно. Скоро исполнится сто лет упорной борьбы курдов за создание своего государства, но для этого необходимо отнять какую-то часть территории у Турции, Сирии, Ирака — а кто же согласится на это добровольно? Конца не видно борьбе за создание государства для палестинцев.
В студенческие годы мы знали, что исход экзамена может быть трояким: провалил, сдал или «сдал условно». Сегодня на карте мира есть несколько образований, имеющих статус «условной независимости». Им как бы дан испытательный срок: выживут или нет? Таков армянской Нагорный Карабах посреди Азербайджана. Таково Приднестровье, зажатое между Украиной и Молдавией. Таков Северный Кипр. Таковы Абхазия и Южная Осетия, отделившиеся от Грузии с помощью России. Возможно, такая же судьба ждёт и две республики в Донбасе, пытающиеся отделиться от Украины. Независимость Тайваня сегодня признают только 22 других государства.
