Я что-то отвечал невпопад на её беспорядочные расспросы. Мне так много хотелось рассказать! Как я рад видеть её живой и здоровой, даже вспоминать не хочу, какой я оставил её тогда в Саммере. Как я нашёл Вала, который спасся буквально чудом, и помог собрать его по кусочкам. Правда, с магией ему пока придётся распрощаться, так что, когда я его покинул, он был не в лучшем настроении. Как я разыскал Хэлис и убедился, что у них с Шико всё в порядке. Как я скучал по нашим вечерним посиделкам в заповедном лесу, и как хотел бы вернуть это обратно, но понимал, что это невозможно, и не только из-за Тиля... Как мне жаль, что всё волшебство кьяри не в силах исправить некоторые вещи.
Но я молча держал её за руки и улыбался, наслаждаясь её чистой радостью от встречи. Хотел запомнить этот момент. Потому что ещё минута, другая - и она меня возненавидит. Я уже слышал на галерее шаги её многомудрого папаши, сейчас он войдёт в зал и скажет ей... О, вот и он, лёгок на помине.
- Я вижу, вы уже обо всём договорились, - произнёс Данатор Феникс со значительной улыбкой. Эринна вопросительно взглянула на него. Тогда его величество счёл нужным пояснить:
- Эринна, клан Файерса просит твоей руки для своего сына Аларика. Думаю, мы огласим этот факт сегодня же во время бала. Зачем тянуть. Завтра равноденствие, праздник великой матери. Лучшего дня для свадьбы и не придумаешь.
Ладонь девушки в моей руке дрогнула. Мне хотелось зажмуриться. А ещё лучше - провалиться сквозь землю.
- О, - только и сказала она растерянно. Тонкие брови слегка нахмурились.
- Это формальный брак, чтобы скрепить политический союз между Верхней Альтой и кьяри, - хрипло откашлялся я. - Никто не будет требовать от нас общих наследников.
- Я так полагаю, это в любом случае невозможно? - пробормотала Эринна. Тут она сообразила, насколько неприличен предмет нашей беседы, и отчаянно покраснела.
Меня душила тихая ярость. Интересно, а на что я рассчитывал? Быстренько схлопотать по морде, пережить одну женскую истерику, а потом помочь принцессе бежать из дворца? Это же Эринна! Всего-то протестов - один короткий вздох, и она готова уже своё замужество рассматривать только как политическую проблему. Отказаться от личного счастья ради блага Верхней Альты, будь она трижды неладна! Эта женщина вообще когда-нибудь думает о себе? Я с усилием подавил в себе гнев.
- Мне рассказывали, что сад в королевском замке Альтарена дивно красив, - произнёс я первую банальность, которая пришла в голову. - Если бы её высочество была так любезна...
- Да, конечно! - с облегчением отозвалась Эринна и оглянулась на отца.
Данатор милостиво разрешил нам удалиться. Вероятно, полагал, что наедине мы легче обо всем договоримся. Конечно, чего ему волноваться, с такой-то дочерью. Ладно. Если уж я не могу забрать её из этой ненормальной семейки, уведу хотя бы из этой душной комнаты.
***
Бледный диск осеннего солнца почти не давал тепла, но поздние розы упорно продолжали цвести, украшая собой клумбы и окутывая тропинку резким ароматом. Мы прошли через террасу и остановились возле каменной беседки.
- Ну вот, наконец-то мы одни, - начал я тоном театрального злодея, оставшегося наедине с добродетельной героиней. Потом решил не ёрничать, вообще-то разговор предполагался серьёзный.
- Эринна, скажи мне честно: неужели ты согласишься?
Девушка устало опустилась на скамейку, чинно сложила руки на коленях. Я прислонился к колонне.
- Знаешь, какие слова я чаще всего слышала, с тех пор как себя помню? - тихо спросила она. - "Положение обязывает".
Мы помолчали. Где-то во дворе слышалась болтовня служанок, внизу под стеной, чеканя шаг, прошёл караул. Я заметил, что пальцы у Эринны в чернилах, а под глазами залегли лёгкие тени. Похоже, сразу по приезду бросилась наводить порядок в делах, - я мысленно улыбнулся.
- Я ведь и не рассчитывала никогда... - казалось, девушке было трудно говорить, - что смогу выйти замуж... по любви.
Наверное, мы оба сейчас вспомнили об одном человеке. Будто Тиллерин вдруг появился в саду и, скрестив руки, прислонился к соседней колонне - как всегда открытый, внимательный, готовый выслушать и понять. Я тряхнул головой, отгоняя наваждение.
- Тиль погиб из-за меня, - с трудом выговорил я то, что было больнее всего.
Девушка слабо покачала головой.
- Не нужно меня успокаивать. Тиль умер из-за меня. Это же я отправила его на задание. Он выполнил его - и погиб.
- Послушай, Аларик... Твоё предложение - вовсе не худший вариант...
Прекрасный комплимент, - подумал я про себя. Что ж, сам напросился.
- То есть, - поправилась она, - ты очень даже хороший вариант для меня. Мы с тобой хотя бы знаем друг друга...
Нет, это невозможно слушать.
- Ладно, оставим это - чуть не сказал "дерьмо" - советникам. Есть и хорошие новости. Угадай - от кого? - я жестом фокусника достал из рукава письмо и с улыбкой протянул ей.
Конечно же, она узнала почерк.
