В первый же день по приезде в Новгород между Гаврилой и Андреем состоялся важный разговор. Гаврила предложил свои услуги в качестве посредника. Иностранные купцы ведут торговлю круглый год. Зимой одни, летом другие. Главное, импортным купцам запрещено торговать в розницу и скупать товар у местных крестьян. Вся торговля завязана на купецких сотнях. Самая влиятельная и богатая - 'Ивановское сто'. Продавать свой и покупать импортный товар Андрею придется у купцов сотни, а это очень не- выгодно. Если Андрей вздумает торговать напрямую, то это не получится. Соглядатаи у Великого Новгорода есть везде, мигом сообщат куда следует. Наказание строгое, для немцев - конфискация имущества, для Андрея - утопление в Волхове. Жестоко, однако.
- Что предлагаешь? - коротко спросил Андрей.
- В купцы хочу податься, - честно признался Гаврила.
- А возьмут? - в уме Андрей уже прокручивал вариант открытия филиала торгового дома в Новгороде.
- Взять-то возьмут, где серебро взять, чтобы взяли, - трагически вздохнул Гаврила.
- Ты не ходи вокруг да около, дело говори! - строго прикрикнул на брата Лука Фомич.
- Погоди, Лука, - остановил своего воеводу Андрей. - Много ли нужно серебра?
- Пятьдесят гривен!
- Ну, это немного, - усмехнулся Андрей. - У меня конь дороже стоит.
- Так ить твой конь не простой, - смело возразил Гаврила, вытирая пот со лба, - Твоего коня на вотчину боярскую обменять можно али две сотни простых комоньков купить.
- Ты будешь обсуждать стоимость моего коня или дело хочешь предложить? - Андрей начал терять терпение от нерешительности собеседника. - Сколько нужно серебра?
- Пять десятков в сотню отдать за вступление, - начал перечислять Гаврила, старательно загибая пальцы, - два десятка на храм пожертвовать. Сукно ипское дать тысяцкому. Пошлину уплатить медом.
- Значит так, - Андрей пружинисто поднялся.
Следом за князем встали со своих мест Лука Фомич и Иван Андреевич. В моменты важных решений, Андрей не мог усидеть на месте, вот и сейчас он размеренно мерил широкими шагами небольшую комнату, обдумывая, как ему лучше поступить в свете новой информации. Ивана Андреевича корить не за что, ему бы и в голову не пришло, обосноваться в Новгороде, у купцов прописка в родных княжествах крепко привязывала их к своему государю. До филиалов тут еще не додумались.
- Значит так, - повторил Андрей. - Серебро тебе даст Иван Андреевич столько, сколько нужно будет. Оформляйся в купцы. Только по-быстрому. Подворье купишь новое, место присмотрите удобное, чтобы было поменьше чужих глаз. Если рядом соседи будут, откупите подворье. Серебра не жалейте. О том, что мне служишь, никому ни слова! За службу свою получать станешь жалованье. О сумме с Иван Андреевичем столкуешься.
- Благодарю, государь,- Гаврила низко поклонился.
Жизнь в городе Переяславле, как и в Москве, начиналась спозаранку. Когда Андрей проснулся, то Гаврилы с купцом уже и след простыл. Ушли вручать поминки, кому следует, заплатить взнос за вступление в торговую гильдию. Лука отправился продавать лошадей, заверив государя, что когда придет время отправляться домой, то лошади у них будут. Откуда только они появятся, он не уточнил, лишь усмехнулся в ответ на вопрос. Кузьма также нашел, чем заняться, взяв с собой три возка, уехал за железом и укладом.
Гаврилы с Иваном Андреевичем не было целый день, к вечеру младший брат Луки Фомича поменял свой социальный статус, перейдя из разряда житьих людей в разряд купцов пошлых, благо социальные лифты в Новгороде работали.
Одна приятная особенность особенно радовала Гаврилу, он становился купцом потомственным, подрастающие дети Гаврилы, по праву рождения будут записаны в купецкую гильдию. Иван Андреевич тем временем подсчитывал барыши, которые можно будет получить на сокращении выплаты пошлин. С новгородцев ведь брали пошлины в гораздо меньших размерах, но за членство в гильдии приходилось платить особые пошлины. Брали эти пошлины медом и сукном.
Теперь, Иван Андреевич именем Гаврилы по праву мог оптом покупать товар напрямую у Ганзы. Одновременно с переговорами о вступлении в гильдию мужики сторговали подворье с большими амбарами и сразу же откупили подворье соседа, будет теперь куда товары складывать.
Прежде чем идти на двор к ганзейцам, Андрей прослушал лекцию об особенностях торговли Новгорода с импортными купцами. Что можно, а что нельзя делать. Особый интерес у Андрея вызвала валюта международной торговли. Но все оказалось просто. Все импортные монеты интересовали новгородцев только как вес. Они одно время имели хождение в Новгороде, в частности любекские монеты, но потом Новгород отказался от импортной монеты, начав собственную чеканку. Новгород не член Ганзы, а для вступления в Ганзейский союз требовалось принять импортные монеты в качестве основного средства платежа. Но что-то там не заладилось, московский князь надавил ли или сами лучшие люди Новгорода одумались, но все осталось по-прежнему, Новгород сам по себе, а Ганза отдельно.
