В эту минуту поднялась ужасная суматоха. Оказывается, четыре огромные крысы незаметно выбрались из своих нор и, присев на задние лапки, тоже слушали речь Майора. Хотя и не сразу, но собаки все-таки учуяли их, и только стремительным бегством в норы крысы спасли свои шкуры. Майор приподнял переднее копытце, призывая к молчанию.
— Товарищи, — сказал он, — вот вопрос, который надо решить немедленно: друзья нам или враги дикие животные вроде крыс или зайцев? Давайте поставим это на голосование. Я предлагаю собранию вопрос: считать ли крыс нашими товарищами?
Голосование провели немедленно, и подавляющим большинством голосов было решено, что крысы — товарищи. Только четверо голосовали против этого: три собаки и кошка, причем, как позднее выяснилось, кошка подняла лапу дважды — и за, и против.
Майор продолжал:
— Мне остается сказать немного. Я повторяю: помните всегда, что ваш долг быть врагами Человека и всего образа жизни Человека. Любой двуногий — враг. Любое четвероногое, любая птица — друг. Помните, что, сражаясь против Человека, вы ни в чем не должны уподобляться ему. Даже когда вы одолеете его — не перенимайте его пороков. Ни одно животное не должно жить в доме, спать в кровати, носить одежду, пить спиртное, курить, прикасаться к деньгам, торговать. Все обычаи Человека — зло! И самое главное: пусть животное никогда не угнетает себе подобных. Сильные и слабые, разумные и не очень — все мы братья. Животные не должны убивать других животных. Все животные равны.
А теперь, товарищи, я поведаю вам свой последний сон. Передать его весь я просто не в силах. Это был сон о земле, какой она будет после исчезновения Человека. И вспомнилось мне давно позабытое. Много лет тому назад, когда я еще был молочным поросенком, моя мать и другие свиньи, бывало, напевали старую песню, хотя помнили только мотив, да еще три первых слова из нее. В детстве я знал эту мелодию, но с тех пор прошло много лет и она выветрилась из моей памяти. И вот эта мелодия вдруг припомнилось мне вчерашней ночью во сне. Мало того, слова песни, которые, как я уверен, сочинили животные давным-давно и которые, казалось, исчезли из памяти поколений, — слова песни я тоже вспомнил! Я спою вам эту песню, товарищи. Я стар, и голос мой хрипит, но когда вы запомните мелодию и слова, вы сами споете лучше. Она называется «Все животные Британии».
Старый Майор откашлялся и запел. Как он и предупреждал, голос у него был хриплый, но пел он совсем не плохо, и мотив у песни был бодрый, похожий одновременно на «Кукарачу» и «Клементину». Слова были таковы:
Эта песня привела животных в дикое возбуждение. Майор еще не кончил петь, а они уже подхватили песню сами. Даже самые глупые из них сразу же усвоили мотив и часть слов, а что касается самых разумных, таких, как свиньи и собаки, то они за несколько минут запомнили всю песню наизусть.
И после нескольких предварительных попыток вся ферма в потрясающем единстве разразилась «Животными Британии». Коровы мычали эту песню, собаки ее выли, овцы блеяли ее, лошади ржали, утки крякали ее. Они были в таком восторге от песни, что спели ее пять раз кряду и пели бы еще всю ночь, если бы их не прервали.
Шум, к несчастью, разбудил мистера Джонса, который вскочил с кровати в полной уверенности, что во двор забралась лиса. Он схватил ружье, которое всегда стояло в углу его спальни, и выпалил в темноту зарядом картечи шестого калибра. Несколько картечин попало в стену гумна, и всё скопище моментально распалось. Все разбежались по своим углам. Птицы взлетели на шестки, животные улеглись в солому, и очень скоро вся ферма погрузилась в сон.
Три ночи спустя старый Майор мирно скончался. Он заснул и уже не проснулся. Его тело зарыли на окраине фруктового сада.
