Эх, я так надеялся на тыквы, а они так бестолково себя показали, так сильно меня подвели. Да и кактусы не очень-то сдерживают этих мразей, скоро они будут здесь. Я выцелил самого ближайшего, бросил копьё и попал ему в переднюю лапу. Медведь получил глубокую рану, но не прекратил колошматить кактусы, он её словно не заметил. Ему это копьё не сильно страшно, такого как он надо бить из пушки.
Медведь, стоявший прямо за ним, запустил в меня снежком и я едва успел присесть. Снежок пролетел мимо и угодил прямо в рожу какому-то воину, сбив его с ног. Тот упал на землю и долго не мог встать, из разбитого носа пошла кровь.
Не раз ещё я бросал копья и каждый раз попадал, знакомства со снежками умудрялся избежать. Острые палки застревали в шкурах и мощных медвежьих телах. Ни один косолапый не умер, но абсолютно все были ранены стрелами и копьями.
Медведи уже прошли большую часть пути, сумели спуститься в глубокий ров и выбраться из него, затем во второй. В посадках кактусов образовались три коридора, через которые прошли все твари. Теперь они были уже в шести метрах от нас, рвали последние кактусы, те что стояли прямо у деревенского частокола.
Теперь, с близкой дистанции, медведей просто расстреливали, не считаясь даже с убойными снежками. Косолапые стали нести первые потери, пятеро медведей быстренько издохли, а вокруг них в снегу валялись кучи драгоценных кругляшей. Да тут пролился целый дождь из денег!
Наконец последние кактусы были разорваны на части, десятки громадных мишек прошли через проходы и оказались у частокола. Стоило одному из громадных медведей встать на передние лапы, как он дотянулся до самого верха частокола и поставил на него лапы. Всей массой он надавил на брёвна и они стали прогибаться внутрь поселения. Частокол разрушался прямо на глазах!
К медведю присоединились сородичи и вскоре частокол на данном участке просто развалился, открыв косолапым проход в нашу деревню.
Первого же мишку повстречал ворчун, большая железная лопата свернула Потапычу рожу и отправила в лучший мир с бесконечными тюленями и полярным сиянием.
На смену одному убитому внутрь устремилось десять громадин, затем ещё больше. Двое занялись великаном, остальные тут же бросились рвать на части первых попавшихся им людей.
Один кинулся и ко мне, я швырнул в него копьё. Только после броска понял, что зря старался. Он и так густо утыкан стрелами и копьями, но всё ещё живой! Его такой ерундой не взять. Медведь тем временем приближался.
Сокрушительный удар лапой изуродовал мне щит и заставил отступить на шаг назад. Будь я первоуровневым, уже улетел бы в снег и покатился, на радость голодному косолапому.
Медведя стали тыкать копьями охотники, прямо в бока вошли острые лезвия, это они вовремя. Мишка зарычал и с разворота приложил одного лапой. Гад отвлёкся, это мой шанс, я всадил мотыгу ему в шею выше головы. Там она и осталась, извлечь её уже не смог.
Медведь попробовал достать меня лапой и снова изуродовал щит, заодно выбив его из рук. Я быстро достал из инвентаря копьё и всадил его прямо в раскрытую пасть на немалую глубину. Нечего было варежку разевать!
Мишка издох, я получил солидное количество опыта, словно победил мини-босса луговых слизней. Вокруг дохлого медведя появилась небольшая гора серебра. Один из тыквенных работничков бросился всё собирать для меня.
Мотыгу выдернул с большим трудом, засела она очень глубоко. Щит пришлось заменить, предыдущий уже развалился от двух ударов медведя. Появилось время оглянуться вокруг.
Бой явно шёл не в нашу пользу, десяток охотников уже растерзали, раненых было куда больше. Медведи рвали людей на части зубами словно львы кроликов. Правда, каждый мишка уже походил на ежа, от количества полученных стрел. Иные хромали и теряли силы от многочисленных кровотечений, вот таких я и решил добить.
Раненый медведь встал на задние лапы, надеясь напугать меня, правда быстро и неуклюже повалился, раны взяли своё. Оставалось только затыкать его длинным копьём. метил я в шею и морду. За два десятка ударов удалось убить и его. Ещё одна гора денег разлетелась по снегу, уже два тыквенных помощника побежали всё собирать, даже команду отдавать не пришлось.
Третьего израненного медведя охотники взяли в кольцо и тыкали копьями со всех сторон. Я присоединился к ним, копьём наносил ему особенно глубокие и тяжёлые раны. Медведь ревел после каждого удара, пока не издох.
Только так, лишь большим числом мы можем взять этих громадин. Тем временем великан уложил своих медведей, одному из которых сломал шею голыми руками. Теперь он вооружился лопатой и шёл добивать остальных.
В бой вступил носорог. Это чудище на полной скорости врезалось в медведя и распороло ему брюхо своим длинным рогом. почти мгновенно убив. Ещё один косолапый вцепился в носорожий бок, но наш шерстистый товарищ легко стряхнул его.
Раненый медведь ещё пытался ухватить носорога когтями, но просто не поймал. Со всех сторон набежали люди и стали тыкать его копьями в бока, пока он не издох.
