— Твою татуировку заметили, — она посмотрела на меня и поникла. — Ее не было видно на фотографиях рекламы, но кто-то в шутку решил поближе рассмотреть твое тело и через неведомую программу увидел очертания надписи. Все так закрутилось… СМИ только об этом и говорят. Репортеры ходят к тебе на работу, ищут тебя, всех расспрашивают…
Дебора медленно взяла пульт от телевизора и включила новости. «В последнее время слухи о некой Базе Убийц начали расти. После некоторых крупных аварий и убийств стали известны прозвища людей, входящих в "кровавую" лигу. Известная в Вероне владелица рекламных агентств, Катарина Моретти, как выяснилось, носит небольшую татуировку с именем "Фероз". По последним данным некая Фероз состоит в той самой лиге убийц. Последнее нашумевшее убийство случилось несколько дней назад, когда состоялась крупная выставка величайших картин Виллема де Кунинга. По словам свидетелей Катарина Моретти ушла с сеньорой Лонго. А через пару часов женщину нашли с выпотрошенными жизненно важными внутренними органами. В ближайшее время начнется расследование, и мы узнаем, кем на самом деле является сеньорита Моретти.» После этих слов ведущая новостей начала рассказывать о другом событие в Вероне. Я взглянула на Тревиса. Сейчас не было важно то, что меня подозревают в убийстве.
— Так вот что имела в виду Нея. — его голос был напряженным.
— Тревис, я. — он встал со стула.
— Хватит, Кэт. Сколько раз ты мне соврала? — я подошла к нему и положила руку ему на грудь, но он резко отдернул ее. — Даже не прикасайся ко мне.
— Тревис, я хотела сказать.
— Ты должна была сказать в тот же день, как убила Лонго, — его глаза горели злобой, яростью. Он тяжело дышал, а я была в растерянности. — Ты не ответила на вопрос, Кэт.
— Я..
— Ладно. Спрошу по-другому. Ты врала себе, когда говорила, что у тебя есть ко мне чувства? — лицо Тревиса стало более агрессивным.
Я с грустью смотрела на него. Молчала, потому что мне нечего было ему ответить. Я даже не понимала, что для меня важнее: он или работа в Б.У. Тревис поджал губы и закрыл глаза.
— Я рад, что не сказал тебе, как я тебя люблю.
Не поднимая на меня взгляд, он развернулся и ушел, негромко закрыв за собой дверь. Я обернулась к Деборе и начала плакать. Она крепко обняла меня, начала утешать.
Через минуту раздался непонятный громкий звук. Дверь резко распахнулась. На меня с оружием пошли люди из AISI (итал. L’Agenzia Informazioni e Sicurezza Interna). Они оттолкнули Дебору от меня и надели на мои руки наручники.
— Катарина Моррети, вы подозреваетесь в убийстве Агаты Лонго. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Ваш адвокат может присутствовать при допросе. Если вы не можете оплатить услуги адвоката, он будет предоставлен вам государством.
Глава 11. Засуди меня
Прошло восемь часов с того момента, как меня посадили в комнату для допросов. Она была неприятного темно-серого цвета с тусклым освещением и двухсторонним зеркалом. Мужчина, который допрашивал меня, был буквально взбешен. Он все это время пытался добиться моего признания, но, увы, моя дерзость брала верх.
— Как ты это сделала, не оставив ни единой улики? — тыкал он мне в лицо карандашом.
— В сотый раз повторяю, мне нечего было оставлять, — я закатила глаза. — И уберите от меня свои немытые пальцы.
— Заткнись, Моретти! Мы оба знаем, что ты убийца.
— У вас нет доказательств, а у меня имеются тысячи свидетелей, сеньор Грассо. — я оскалила зубы и резко дернула левую руку, убеждаясь, что она все еще прикована наручниками к железной планке стола.
— Ты нагло врешь! Хочешь избежать наказания? Не получиться, Моретти! Я добьюсь, чтобы тебя засадили за решетку навечно.
— Подавись, жалкий любитель справедливости. — выплюнула я.
— Была бы моя воля, ты давно лежала бы в крови на этом полу.
Грассо, казалось, видел в моих глазах всю правду, все мои грехи, и мне становилось больно и страшно. В частности из-за Тревиса…
Я словно во сне, из которого не могу выбраться. Живу будто в коме, не могу открыть глаза и продолжаю спать. Ты вроде осознаешь, что у тебя есть все, но продолжаешь куда-то бежать, пытаешься найти что-то, чего на самом деле нет. И проблема в том, что ты знаешь о скорой погибели. Каждый чертов день оглядываешься назад, сожалеешь, надеешься, что пустота внутри тебя уйдет. Но это не так. Потому что она причина, из-за которой ты не просыпаешься. Иногда ты подбадриваешь себя, но становится только хуже, все бессмысленно. Ты скрываешь боль, видишь как все вокруг рушится. Проблемы съедают тебя, и ты не можешь двигаться дальше. Ты не просыпаешься. Ты разбит. Ты отчаялся. В конечном итоге ты меняешь свои принципы. Сдаешься и проводишь черту, воображая себе, что сейчас самое время сдаться и проснуться.
— Хочешь моего признания? — мужчина удивленно повел бровью. — Хорошо.
Я не успела договорить, в комнату вошел седовласый мужчина в строгом черном костюме. Черты лица были резкие, из-за чего он выглядел суровым. Лицо мужчины казалось мне знакомым. Возможно, я уже его видела.
