Кей включил свет в прихожей, без любопытства осматривая предоставленое ему жильё. Квартира располагалась в одном из престижных районов, в котором вместе с жилыми домами сразу находились магазины, школа, детские сады и парки. Кто бы мог подумать, что именно в этом месте бинарская разведка заняла дом для ночных и дом для дневных. Он прошёл по просторной двухкомнатной квартире в комнату и, сняв кольцо, покрутил его в руках. Весь арсенал бинарских ругательств в свой адрес у него закончился несколько часов назад, когда он понял, что его обманули. Как он мог заставить себя поверить в то, что отношения с иностранкой — особенно иностранкой — могут хорошо закончиться? Шпионаж не допускает каких-либо чувств и эмоций, ему следовало не забывать об этом. Как он мог так ошибиться? Какие надежды вообще могут быть у человека с его профессией?
Он настоящий профессонал, для которого чувства не имеют значения. Хладнокровен, расчётлив и умён. И никакая личная жизнь, будь она трижды восхитительной, этого не изменит. Он положил кольцо на полку и саданул кулаком по стенке. Боль привела его в чувство. Забыть и составить план. Но план уже составили за него.
Лексус неспеша сделал глоток нуево-боро, местного аналога кофе, по вкусу напоминающий смешанные кофе и какао вместе и, поставив чашку на блюдце, посмотрел на часы. Он сидел внутри одного из немногочисленных кафе в здании дисковой формы, лениво поглядывая то на посетителей, то на вид из окна. Он находился здесь недолго, но никак не мог привыкнуть к Дивьяну, миру, куда его угораздило попасть по стечению обстоятельтств. Яркие неоновые расцветки внутри и снаружи, дисковые формы зданий, напоминающие сложенные друг на друга летащие тарелочки и бешеные вихревые потоки в городской черте, лишавший Дивьян воздушного транспорта как такого. Воздушная техника здесь отсутствовала как класс, но жителей, похоже, это не особо беспокоило. Волновались обычно иностранцы, которым могло срочно понадобиться добраться до места назначения в кратчайшие сроки. Допив последний глоток из чашки и сверившись с часами ещё раз, Лексус оставил на столе банкноту и вышел в холл кафе. Прежде чем выйти на улицу, он задержался около зеркала, надевая специальную маску, закрывающую нос и рот от проникновения в организм цветочной пыльцы и очищающую поступавший туда воздух. Удостоверившись, что маска сидит герметично, он вышел на улицу. Маски и специальные носовые фильтры сразу отличали иноземцев на Дивьяне от местных. Из-за чего дивьянцы смотрели на тех, как на сумасшедших, получая в ответ те же усмешки от чужеземцев. Всё дело было в цветке мартиника, с крупными лепестками темно-синего окраса с фиолетовым оттенком семейства лиловых, цветущего во всех поясах и широтах Дивьяна и изображённом на символе мира. Цветок выделял особую пыльцу, оказывающую наркотическое состояние на организм. Но, если у местных за столетия уже выработался иммунитет и вели они себя вполне адекватно, то иностранцам приходилось очень худо. Петляющие изогнутые улицы были ещё одной особенностью местных городов, идущих в согласовании с местной архитектурой. Лексус успел пару раз чертыхнуться, когда чуть не налетел на кого-то из местных. Уходя от очередной петли, он свернул в переулок и увидел убегающего мужчину. Взгляд вниз — на дороге ещё один. Лексус резко рванул к нему и присев на колени, начал прощупывать пульс. Слабый есть. Мешкать нельзя было ни секунды. Он сорвал маску и закричал:
— Помогите! Кто-нибудь! Вызовите скорую! Срочно! Вызовите скорую!
Он понял, что наглотался пыльцы, когда его охватило небывалое блаженство, и мир окрасился в яркие цвета и начал сиять, превращаясь в россыпь драгоценных камней. Потом перед глазами всё поплыло и он рухнул без сознания.
Алексей открыл глаза и понял, что находится в замкнутом светлом помещении. Пол, стены, потолок и небольшая тумбочка рядом с кушеткой. Судя по спартанскому виду помещения, находился он по меньшей мере, в тюрьме. Похоже, он влип. Хорошо бы знать, во что. Интересно, сколько же он провалялся без сознания? Он надеялся, что доза пыльцы была не достаточной, чтобы вызвать привыкание. Второй мыслью был пострадавший. Третья мысль появиться не успела, так как он услышал звон ключей за дверью и приподнялся с кровати. На пороге появился человек в форме и одел на него наручники.
— Вы пройдёте с нами.