Кей увидел, что люди остановились. И сначала неуверенно в небо поднялся чей-то фонарик, разрезая тёмные небеса янтарным светом. Потом следом за ним вверх поплыли остальные. — Знаешь, я всегда отметить это праздник с тобой, — признался Кей, не отрывая взгляд от небес. — Но никогда не думал, что это будет…так, — он ласково посмотрел на неё. — Загадай желание, когда будешь отпускать фонарик.
Агнесса кивнула. Каждый из них закрыл глаза, произнося желание про себя. А потом они одновременно отпустили фонарик вверх. Кей прижал Агнессу к себе. Дождаться бы скорой. Оранжевые фонарики летели вверх, озаряя небеса подобно сотне светлячков. И тут Агнесса почувствовала тепло, исходящее от оберега. Тронула его и чуть не обожглась. Он был горячим! И через него по телу словно проходили потоки энергии. Кей посмотрел на Агнессу и не поверил своим глазам. Рана затягивалась на его глазах. Словно кто-то лечил её… изнутри.
…Слепящий дневной свет. Закрываясь от солнца одной рукой, другую она протянула кому-то, и ей помогли встать с травы.
— Мам, это ты! — ей в объятия бросается молодой человек, поразительно похожий на Кея. — Только глаза серо-голубые. Как у неё. — Как я рад тебя видеть! — сияет он.
Агнесса оглядывается. Холмы, покрытые лесом. Деревенский домик. Колодец. Огород. Похоже на тот пейзаж, который есть у них за городом.
— Ты… ты мой сын?! — не веря, уточняет она. — Что случилось?
— Конечно, — отвечает он на первый вопрос. — Я тебя вылечил.
— Но… как? — недоумевает Агнесса.
— Помнишь Россета Дорреро? Теория влияния миров? — начинает он и замолкает. — Ну и… дальше сама узнаешь.
Внезапно его глаза подёргиваются грустью.
— Мам, прости папу. Пожалуйста! — отчаянно просит он. — Дай ему второй шанс.
Агнесса открыла глаза. Никакой слабости. Никакой крови. Чувство, будто заново родилась.
— Хвала богам, всё в порядке! — радостно прижал её к себе Кей.
Она осторожно освободилась из его объятий и тут же увидела, как впереди них появился Гемини и глава бинарской разведки, а за спиной — Дорреро, кто-то незнакомый и…
— Бланш! — из глаз Агнессы брызнули слёзы и она бросилась к ней.
— Я умираю и хотела убедиться, что с тобой всё хорошо, — слабо улыбаясь, произнесла она.
Агнесса взяла её за руку. Странно, по даже после всего случившегося она не могла злиться на неё и сейчас испытывала настоящее потрясение. Бланш в её представлении была вечной и непоколебимой. И то, что она видела сейчас, просто не укладывалось в её голове.
— Оберег притягивает и аккумулирует энергию, — объяснил Бланш Прати-старший.
— Гемини Найколас Дербиш, вы арестованы и будете подвергнуты трибуналу! Вы обвиняетесь в двойной агентуре, краже данных и похищении главы бинарской разведки. Вы не имеете право на защитника, но ничто не мешает защищаться вам самим.
Кей рванул к Гемини, но замер за несколько шагов. Тот едва заметно отрицательно покачал головой, веля оставаться на месте.
— Будь счастлива, девочка, — произнесла Бланш и её голова безжизненно упала на руки Риго.
Агнесса заплакала.
Кей, не сводящий взгляд с ареста друга и Агнесса, плачущая рядом с Бланш. Спина к спине. Это было последний раз, когда супруги Лиарават смотрели в разные стороны.
В Орнбур, на Феберу пришло необычное для этих широт похолодание. Несмелые снежинки царапали землю, застывали кружевным узором на зелёной траве и быстро таяли на дневном солнце. Лужи покрывались под утро тонким льдом, а изо рта валил пар. Тяжёлые тучи закрывали небо и резкий ледяной ветер подгонял прохожих.
Кей и Агнесса вернулись с похорон Ристао. После случившегося ни они, ни Селин и Тэ Нэ не смогли вернуться в прежний дом, поэтому пары разделились и переехали. Вместо привычного цветочного принта и тёплого деревянного интерьера Агнессу окружили стекло и металл во всех оттенках голубого и синего. Спартанский и холодный хай-тек цвета печали как нельзя кстати подходил к её настроению сейчас.
Переодевшись, Агнесса ещё долго задумчиво держала в руках орден Ристао в красной ленте, подаренной ей его дочерью. Это теперь была единственной памятью о нём. Спрятав его в своих вещах, Агнесса вышла в коридор и встретилась взглядом с Кеем.
— Нам надо поговорить, — решительно произнёс он.
— Я не хочу с тобой разговаривать, — тихо ответила Агнесса.
— Ты позволила мне остаться, — парировал Кей.
— Мне казалось, ты сам пришёл и остался.
— Но ты меня не выгнала.
Действительно, почему она его не прогнала? Агнесса сама не могла ответить на этот вопрос. Не хотелось, сил не было, просто лень? На её навалилась усталость, и любое действие давалось с большим трудом. Кея проще было потерпеть, тем более, он спал в другой комнате и с ней за эти пару дней не пересекался.
— Послушай, Агнесса, — не сдавался Кей. — Я знаю, что затыкал тебя, потом нам было не до этого, а потом разговоры потеряли смысл, а сейчас… Если мы сейчас не поговорим, то совершим ещё одну большую ошибку.
— Но ведь приговор трибунала по тебе ещё неизвестен, — возразила она.
