Очевидно, таким образом, что немцы - любыми методами, лишь бы не нарушались их собственные интересы - поддерживали большевиков и Ленина только потому, что они не раз и открыто заявляли готовность заключить немедленный мир и негодовали по поводу обязательств, взятых на себя царским правительством по отношению к союзникам. Когда Временное правительство обвинило Ленина и прочих в шпионаже и сговоре с немцами, произошло большое замешательство. Конечно, членам Временного правительства нелегко было признать, что Февральская революция, благодаря которой они получили власть, с немецкой точки зрения так же желательна, как и последующий приход Ленина к власти в октябре. Ленин крайне нуждался в финансовой поддержке, и Германия именно деньгами и старалась ему помочь, знал он об этом или нет. Русским же либералам для натиска на правительство нужны были не деньги, им нужно было народное выступление в столицах. Они не могли его организовать, кроме того, патриотизм мешал им даже и начинать действовать в этом направлении, пока страна воевала. Вот почему в этом отношении, организуя с помощью подполья крупные забастовки, сначала экономические, а потом, согласно плану Гельфанда, политические, немцы работали на либералов.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 5
1. Документы с факсимиле были опубликованы в книге: Edgar Sisson. 100 Red Days. Yale/London, 1931. - См. также: С. П. Мельгунов. Золотой немецкий ключ к большевистской революции. Париж, 1940. - Кроме того: George Kennan. Статья в The JoIIrnal of Modern History, 1956, где все данные обстоятельно проанализированы.
2. Подробная библиография содержится в английском издании книги. - George Katkov. RIIssia 1917. The FebrIIary RevolIItion. Longmans, 1917, pp. 447-452. В нижеследующих примечаниях упомянуты важнейшие публикации по теме.
3. А. Scherer, J. GrIInewald. L'AIIemagne et les problemes de la paix. DocIIments extraits des archives de I'Office allemand des Affaires Etrangeres, pIIblies et annotes par Andre Scherer et JacqIIes GrIInewald. AoIIt 1914-31 Janvier 1917. Preface de MaIIrice BaIImont et Pierre RenoIIvin. Paris, 1962, p. 343.
Fritz Fischer. Griff nach der Weltmacht. Die Kriegszielpohtik des keiserlichen DeII-tschland (1914-1918). DIIsseldorf, 1962, S. 281.
Барон Люциус фон Штедтен был в это время немецким посланником в Стокгольме.
4. Шерер и Грюневальд, ук. соч., стр. 64. Каковы бы ни были мотивы Вигге, поступок этот был неосмотрителен и вреден. Происхождение его состояния не лишено интереса. В 1912 году Витте, ссылаясь на стесненные обстоятельства, просил царя подарить ему 200 ООО рублей. Коковцов поддержал эту просьбу, и Николай 11, хотя и неохотно, согласился. (См.; CoIInt V. N. Kokovtsov. "OIIt of my Past". Oxford IIniversity Press, 1935, p. 329. - Русское издание: граф В.Н. Коковцов. Из моего прошлого. Воспоминания. Париж, 1933). С началом войны вклады Витте в Германии оказались под секвестром, что его явно беспокоило. 25 января (7 февраля) 1915 года Витте написал Мендельсону, что, так как ему якобы сделано предложение быть представителем России на мирной конференции после войны, он хотел бы внести ясность в свои отношения с немецким банком. Поэтому он просит Мендельсона, в случае, если тот считает его назначение для немецкой стороны желательным, перевести все его вклады в Копенгаген или Стокгольм на имя его жены. Даже Мендельсон считал, что такая операция совершенно скомпрометирует Витте, и потому советовал перевести вклады на имя достойного доверия нейтрального лица. Из этого ничего не вышло, так как через несколько недель Витте умер.
5. Иосиф Колышко писал в газетах "Гражданин" и "Русское Слово" под псевдонимами "Серенький" и "Баян".
6. В тайных переговорах с немцами, кроме Колышко, в 1916 году участвовал князь Бебутов, бывший член Первой Думы, которого хорошо знали в кадетских и масонских кругах. В последние предвоенные годы и после начала войны до 1916 года он жил в Германии и несомненно имел дело с германской разведкой. В 1916 году Бебутов появился в Стокгольме и был приглашен на ужин в русское посольство. Одновременно, используя связи с немецкой агентурой, он пробовал сблизиться с немецкими дипломатами в Скандинавии. Но германское министерство иностранных дел не доверяло Бебутову, и он имел дело только с посредником, "директором Бокельманом", который вел дела также и с Колышко. После революции Бебутов вернулся в Россию, где Временное правительство посадило его на некоторое время под домашний арест. О многосторонней и сомнительной деятельности Бебутова см. гл. 8, § 2.
7. Шерер и Грюневальд, ук. соч., стр. 371 и далее.
