7. Ранее, в июле. Кривошеий указал на заседании Совета, что порядок управления театром военных действий был выработан в расчете на то, что государь возьмет на себя Верховное Главнокомандование. "Тогда, - сказал Кривошеий, - никаких недоразумений не возникало бы и все вопросы разрешались бы просто: вся полнота власти была бы в одних руках". (АРР, XVIII, стр. 21).
После объявления о решении государя Кривошеий не повторял этого довода. Более всех настаивал на вмешательстве Совета, которое могло бы повлечь за собой изменение решения государя, обер-прокурор св. Синода Самарин. Он подчеркивал, что его позиция отражает общественное мнение Москвы. Сазонов поддержал его самым решительным образом.
8. Намек на слухи о вмешательстве Распутина.
9. АРР, XVIII, стр. 54.
10. Шаховской, ук. соч., стр. 126.
11. Письмо было подписано почти всеми министрами, за исключением самого Горемыкина, А. А. Хвостова и министра транспорта Рухлова. Военный и морской министры не подписали письма по соображениям военной дисциплины, хотя и выразили полное одобрение его содержанию. Об обстоятельствах, при которых письмо было подписано, см., в частности, труд Шаховского (ук. соч., стр. 127 и далее).
12. АРР, X, Берлин, 1923, стр. 213.
13. Головин, ук. соч. (см. прим. 8 к гл. 3), стр. 156.
14. См. выше, гл. 1, § 3 и далее, заявление Милюкова на банкете в Москве 13 марта 1916 года, в котором он изложил и обосновал свою точку зрения на переход от самодержавия к парламентской системе.
15. Т.е. Государственная Дума и Государственный Совет.
16. АРР, XVIII, стр. 107.
17. На заседании был Харитонов (государственный контролер), А. А. Хвостов (министр юстиции), князь Щербатов (министр внутренних дел), Шаховской (министр торговли и промышленности). В числе представителей Думы был ряд лидеров партий, включая Милюкова, Дмитрюкова, Ефремова и Шидлов-ского. - См.: Гурко, ук. соч. (см. прим. 9 к гл. 1), стр. 576.
18. АРР, XVIII, стр. 123.
19. АРР, XVIII, сгр. 97.
20. Граве, ук. соч. (см. прим. 6, 7 к гл. 1), стр. 35.
21. АРР, XVIII, стр. 83.
22. Там же, стр. 84.
23. Так советский историк Зайончковский толкует маневры Кривошеина в примечаниях к воспоминаниям Поливанова. Это подтверждается полицейскими докладами о деятельности московских политиков, в которых кандидатура Кривошеина на пост премьер-министра указывается как приемлемая и даже желательная кадетам. См. Граве (ук. соч., стр. 43 и далее) и воспоминания Поливанова "Из дневников и воспоминаний" (Москва, 1924).
Барк тоже пишет, что летом 1915 года совещанием руководил Кривошеий.
24. АРР, XVni,cTp.59.
25. Шаховской, ук. соч., стр. 127.
26. Гурко, ук. соч., стр. 583 и далее.
Глава 8
ШТУРМ САМОДЕРЖАВИЯ
§ 1. Начало открытой кампании обличения.
После августовского кризиса отношения между монархией и "прогрессивными силами", в лице Прогрессивного блока и общественных организаций, застыли на мертвой точке. И до Февральской революции с этой мертвой точки не сдвинулись. Совет министров больше не пытался изменить политику правительства, направить ее по новому руслу, что, по мнению Кривошеина, Щербатова, Сазонова, Самарина и их коллег, могло бы привести к политическому сотрудничеству правительства и общества.
Но и к репрессивным мерам ни против Думы, ни против общественных организаций как таковых правительство не прибегало. Предполагалось, что Дума будет продолжать законодательную деятельность, связанную с потребностями военного времени, а общественные организации - содействовать Особым Совещаниям в организации военного снабжения и надзоре за промышленностью и транспортом. Удивительно, что, несмотря на непрерывные трения между общественными организациями и правительством и неуклонное ухудшение отношений между Думой и царем, система Особых Совещаний, в которой общественные организации принимали деятельное участие, с точки зрения мобилизации всех сил на оборону страны, функционировала успешно. Правительство считало, что сведение счетов с Думой и бунтующими общественными организациями вполне можно отложить до победы над Германией. По мнению правительства, следовало только умерить политическую активность общественных организаций и препятствовать их объединению с революционным движением.
Но не так-то просто было обуздать разбушевавшееся честолюбие, за наносимые правительством оскорбления общественные организации немедленно расплачивались той же монетой. Например, как только правительство обнаружило свои намерения, назначив инспектором и официальным ревизором Союза городов известного чиновника охранки Виссарионова, общественные организации пригрозили правительству народными волнениями.
