Фиалок в Ницце больше нет полностью

Судя по дернувшемуся холеному личику, ПВК, конечно же, помнила.

– Понятия не имею, о чем вы ведете речь!

Врала: как сейчас, так и тогда. Саша еще по пути в галерею раскусила нехитрую аферу, которую провернула с ней ушлая работница Русского музея, а теперь «звезда» арт-сцены Питера: взяв на экспертизу два шедевра, заявила, что это подделки, а потом и эти якобы копии, которые все равно пришлось бы возвращать законной владелице, то есть Саше, вдруг взяли и похитили.

– Неплохо вы устроились, и, предполагаю, в том числе и благодаря «Девочке в матросском костюме с леденцом»? – спросила Саша, подходя к огромному, обтянутому белой кожей креслу за столом мореного дуба и опускаясь в него. – Как сидеть-то классно! Вам галерейный бизнес в копеечку влетел, но она у вас, скромной работницы Русского музея, что самое занятное, была. Получили от продажи за рубеж моего Пикассо, признанного вами подделкой и якобы похищенного?

Ну да, ПВК продала картину за большие деньги кому-то из иностранцев, а те, в свою очередь, предложили ее известному аукционному дому, за еще бóльшие деньги.

ПВК со злобой взирала на нее, тяжело дыша и сверкая бриллиантами.

– А Репина тоже сбагрили за рубеж или он у вас здесь висит? Если здесь, то я его заберу, потому что он мой!

Галеристка, наконец обретя дар речи, заявила:

– Понятия не имею, о чем вы говорите! Какой такой Пикассо, какой такой Репин.

Конечно же, имела.

– Какая у вас, однако, дырявая память, Полина Аркадьевна. Не Альцгеймер у вас, случаем? Ничего, правоохранительные органы как в России, так и за границей все выяснят, в том числе и вашу роль в этой истории. Никакого ограбления у вас на даче тогда ведь не было, вы все инсценировали?

ПВК заявила:

– Вы сошли с ума! Вам в психушке самое место!

– А вам в колонии строгого режима, где вы и окажетесь: я вам это гарантирую!

Саша, которой доставляло неслыханное удовольствие третировать эту несносную особу, укравшую у нее две самые любимые и важные картины ее жизни, крутанулась в кресле – и потеряла дар речи. Потому что на стене за ее спиной висел – нет, не портрет дедушкиной бабушки работы Репина, а шедевр Михаила Врубеля.

Вскочив, она подбежала к небольшому полотну и потрясенно произнесла:

– Это же «Демон изнывающий». Один из врубелевских демонов.

И единственный, который был в дедушкиной коллекции, тогда похищенный.

Развернувшись, Саша отчеканила:

– Вы не только причастны к похищению у меня Пикассо и Репина, но, выходит, и к краже коллекции моего дедушки?

Дедушки, которого при этом ограблении убили.

ПВК молчала, ничего не говоря, только губы у нее слегка дрожали: от страха.

– Вы хотите сделать чистосердечное признание? Если да, то теперь самое для этого время. Думаю, суд это учтет.

Саша попыталась снять со стены «Демона изнывающего», но не успела это сделать, потому что в дверь уже стучали.

– Полина Аркадьевна, сигнал тревоги, что кто-то двигает картину у вас в кабинете! Все в порядке?

Резко распахнув дверь, ПВК ткнула в Сашу, замершую с картиной в руках, и завизжала:

– Она пыталась ее украсть! Вызывайте ментов!

Оказать сопротивление охраннику Саша не смогла: тот ее выволок из кабинета ПВК и запер в женском туалете, окна которого были забраны решеткой.

Когда ее наконец выпустили, Саша узрела людей в форме и повеселела. Ну что же, если Полина сама напрашивается, то ей прямая дорога в тюрьму.

И еще до того, как ей задали хотя бы один вопрос, Саша заявила:

– Она пытается вас уверить, что я намеревалась украсть у нее в кабинете картину? Как бы не так! Эту картину украли у моего дедушки, академика Каблукова, вы ведь слышали о похищении его коллекции картин? Так вот, врубелевский «Демон изнывающий» – одна из картин моего дедушки.

ПВК, уже снова невозмутимая и надменная, пропела:

– Внучка покойного академика Каблукова, которую я когда-то знала, увы, под воздействием случившейся с ее дедушкой жуткой трагедии везде видит то, чего в реальности нет. Например, существование «Демона изнывающего» Михаила Врубеля известно только из переписки художника, а сама картина считается утерянной. Что же касается коллекции академика Каблукова, то, как писали в прессе, у него даже не было перечня картин: видимо, он все держал в голове, которую размозжили при ограблении. И, соответственно, так достоверно и неизвестно, какие именно полотна составляли эту коллекцию и что было похищено.

Она была права: Саша поняла, что оперативники верят не ей, растрепанной и нервной девице, зашедшей в престижную галерею с улицы, а уверенной в себе и давящей собственным авторитетом (и блеском бриллиантов не самого маленького размера) ПВК, владелице этой самой галереи.

– Но если, как вы утверждаете, «Демона изнывающего» в природе не существует, то что висит у вас на стене в кабинете?

ПВК широким жестом пригласила пройти в кабинет:

– А вот давайте вместе и посмотрим, что именно!

Они прошествовали в кабинет, и на той же самой стене, где до этого висел «Демон изнывающий», висел теперь какой-то урбанистический пейзажик.