В боковое зеркальце я увидел, как неспешно, с важным видом приближаются двое дорожных полицейских в серо-голубой форме: куртки подпоясаны черными кожаными ремнями, галифе аккуратно заправлены в сапоги выше колена, темные широкополые шляпы лихо, по-ковбойски, сдвинуты вперед. Один встал позади меня. Луч света его карманного фонарика медленно обошел кабину «бьюика». Другой патрульный, вернее, патрульная – это оказалась импозантная, решительная молодая женщина с выступающим квадратным подбородком – наклонилась к открытому окошку Скотто. На рукаве у нее сверкнули сержантские нашивки.
– Добрый вечер, мадам, – медленно протянула она. – Боюсь, в нашем штате такие штучки вытворять не позволено. Разрешите-ка мне взглянуть на ваши водительские права и…
– Лучше сюда посмотрите, – перебила ее Скотто, сунув ей под нос служебное удостоверение и жетон агента. – Я специальный агент Скотто, из Минфина США. Преследую преступника, и нам нужно двигаться немедленно.
Лицо дамы-полицейской отразило всю гамму чувств: от паники до огорчения и обратно.
– О-о! Конечно, конечно! – воскликнула она. – Назовите мне номер преследуемой машины и направление следования. Я передам данные коллегам по радио и организую перехват.
– Нет! Никакого перехвата! – содрогнулась Скотто. – Лучше сообщите коллегам данные моей машины и попросите не задерживать меня. Скажите, что речь идет о спецзадании правительства США. Не хотелось бы мне спугнуть этого малого, сержант. Я должна проследить, куда он поедет. Понимаете теперь?
Ответа она ждать не стала, рванула с места в карьер, нажав педаль газа до отказа и обдав полицейских градом песка и гравия с обочины шоссе. «Бьюик» снова оказался на автомагистрали, виляя похожими на рыбьи хвосты задними стабилизаторами и оставляя на бетонном покрытии черные полосы от резкого торможения. Повинуясь твердой руке опытного водителя, машина быстро набирала скорость. Стрелка на спидометре подошла к цифре 90 миль.
Следующие несколько часов я сросся с биноклем, тщетно разглядывая номерные знаки грузовиков – вирджинского номера 439-НТ-665 среди них не было. Глаза у меня устали от напряжения, к тому же в животе стало урчать. Голод испытывала и Скотто. На ходу мы наскоро перекусили незатейливыми шоколадными яствами – для меня это было что-то новое, может, в дальнейшем шоколад одолеет поганую привычку прибегать в таких случаях к сигаретам и водке. Мелькнул еще один дорожный указатель с надписью: «ЛИНЧБЕРГ, РОАНОК, ПУЛАСКИ». Водитель трейлера мог выбрать любое из этих направлений, но Скотто упрямо держала курс на Атланту.
Разноцветное зарево мы увидели, когда уже приближались к границе между штатами Вирджиния и Теннесси. Вскоре в розовом, желтом и зеленом разноцветье показался призывный щит: «БРИСТОЛЬСКАЯ ПЛОЩАДКА ОТДЫХА ДЛЯ ГРУЗОВЫХ АВТОМАШИН». На другом щите, столь же броском, красовалось: «КАФЕТЕРИЙ, ХИМЧИСТКА, ДУШЕВЫЕ». Наше внимание привлекла реклама «МОЙКА АВТОМАШИН, ЦЕНТР ПОЛНОГО ТЕХОБСЛУЖИВАНИЯ, 30 БЕНЗОКОЛОНОК». Длинное приземистое здание автоцентра опоясывала широкая щебеночная стоянка – там было свыше сотни аккуратно припаркованных трейлеров.
– Он должен быть где-то там. – Скотто уверенно свернула к автоцентру.
– Вы так думаете?
– Мне подсказывают это бензобак «бьюика» и мой мочевой пузырь. Не важно, для грузовиков или легковых машин строился этот центр, но тот, кто выбрал это место, вычислил правильно, что с севера сюда можно добраться без дозаправки бензобака, но вот шоферу к тому времени потребуется туалет.
Кто бы ни был тот умник, он оказался прав. Не только мы со Скотто нуждались в наполнении наших желудков, но и «бьюик» – красная лампочка бензиномера не оставляла в этом никаких сомнений. Заправив машину и подкрепившись сами, мы подъехали к стоянке и стали медленно объезжать ряды восемнадцатиколесных контейнеровозов, разыскивая нужный нам объект. Вскоре мы нашли трейлер с контейнером № 95824 на боковой стенке, но, судя по его арканзасским номерным знакам, он был из числа трех грузовиков, пущенных, чтобы обмануть возможных преследователей. Тогда Скотто вызвала по радио агентов из двух групп, следящих за машинами. Обе группы и трейлеры-приманки оказались здесь; по счастью, здесь же оказался и наш подопечный.
– Вон он, – нервно шепнула она, когда мы все-таки нашли его.
Стоя в темноте, между трейлером и зданием техцентра, Скотто потребовала у меня ледоруб, словно хирург во время операции.
Я моментально сунул ледоруб ей в руки и спросил:
– А мне что делать?
– Пока ничего. Хотя нет, принесите-ка сюда кофе. Черненького. Да побольше.
– Полагаете, оно вас взбодрит?
– И еще по кусочку кекса. Если кто-то начнет придираться к вам, прикиньтесь глухим. И вообще вы по-английски не шурупите. Так будет сподручнее.
И она быстро пошла к контейнеровозу. Я видел, как она скрылась позади огромного грузовика, застегнул куртку и направился к кафетерию.
