После Крюкохват в абсолютной тишине, – все присутствующие затаили дыхание, – снова приподнял руки и резко взмахнул ими, посылая энергию и беззвучное заклинание в сторону гроба. Хрусталь начал трескаться со стеклянным звоном, белея на каждом внутреннем изломе, и, казалось, вот-вот должен был рассыпаться миллиардами тяжелых толстых осколков. Взгляд у Нины был, как у бешеного книззла: скованная магией, она не могла сорваться и подбежать к Снейпу, а его вот-вот засыплет битым стеклом!
- Остановите это, черт возьми! – рявкнула она, поняв, что сдерживающая магия не мешает ей говорить, да и заклинание девушка сбросила каким-то неведомым усилием. – Сделайте что-нибудь! – растерянно оглянулась она на Крюкохвата.
- Миссис Снейп, – спокойно сказал он, будто речь шла о пересчете галеонов в сейфе, – я ведь ещё не закончил. Резкий взмах маленьких рук, и каждый осколок отделился друг от друга, показывая острые, как лезвия, грани, и повис в воздухе. Потрескавшееся облако стекла еще хранило очертания прежней формы, но гоблин чуть пошевелил пальцами, и облако сдвинулось назад, к стене. Держать на весу столь тяжкий груз не было смысла, и с немыслимым звоном граненые глыбы хрусталя посыпались на каменный пол. От них отскакивали свои осколки, но маленькие и тяжелые, они не взлетали слишком высоко, а то и вовсе крошились в блестящую пыль под тяжестью новых.
Когда стихло эхо грохота, последняя стеклянная пылинка осела, и вновь воцарилась неестественная тишина, все увидели, что Северус Снейп остался лежать на своем постаменте, словно восковая фигура на стеклянной подставке. Казалось, он спал, но сон его выглядел неестественно спокойным, шум и пронзительный звон стекла не разбудили его. Руки мастера сжимали колбу из-под какого-то зелья, и гнетущая атмосфера трагизма медленно опускалась на плечи вошедших.
Притихшие маги смотрели на мастера зелий, ставшего моложе их на двадцать лет, ведь он совсем не изменился с войны, с тех самых пор, когда его видели последний раз, они переводили взгляд на Нину, – девушку била дрожь, казалось, сейчас с ней случится какой-нибудь приступ, или новый обморок, и снова смотрели на неподвижного Северуса Снейпа. По щекам МакГонагалл стекали скупые слезы, близнецы помрачнели до неузнаваемости, Гермиона ещё сдерживалась от слёз, но, казалось, мысленно проклинала Снейпа – профессора! – за такую немыслимую глупость. Рон с Гарри опасливо косились на Гермиону, но, увидев, что она не впадает в истерику и увести её невозможно, вышли сами из хранилища на каменный выступ. Рита Скитер вообще не приходила в себя, чему был крайне рад Сириус. Печально покачав головой, он собрался вынести свою спутницу из комнаты вслед за друзьями. Энди была подавлена, уставившись даже не на Снейпа, а на гору стекла на полу, она со стекленеющим взглядом пыталась найти выход.
- Выйдите все! Все из этой комнаты, – резко шагнула она к двери, задев плечом Нину, но даже не заметив этого. – Выйдите, не слышно что ли!
С неожиданным для себя силой и упорством Энди вытолкала опечаленных магов, не заметив, и как довольно улыбнулся Крюкохват.
- Миссис Снейп, вы знаете, что делать, – покачав головой, гоблин вышел за блондинкой.
- Сейчас бы закурить, – очнулся Сириус, когда перед его носом закрылась дверь в сейф.
- Поддерживаю, – Фред достал сигареты.
Энди хотела было вернуться к Нине, но по выражению лица Крюкохвата поняла, что он сам ей всё сказал. Хотя она наверно догадалась раньше.
- Мерлин, помоги мне, – чуть слышно шепнула Нина в пустоту, приближаясь к Снейпу. Она осторожно взяла его руку и присела на край стекла, который до этого был дном… гроба. Волшебница даже не поняла, рука была теплой или холодной, – её пальцы уже почти ничего не чувствовали. Высвободив колбу из рук зельевара, девушка с грустной улыбкой увидела, что это был Феликс. Сейчас бы еще глоточек…
- Северус! – тихо позвала она, собрав в голосе последнюю надежду. – Северус… – Нина наклонилась и робко поцеловала его. – Живи… пожалуйста…
Он не открыл глаза. Не поднялся резко над хрустальным ложем, чтобы заключить Нину в объятия, не продолжил робкий, едва ощутимый поцелуй…
Ничего не произошло.
Нина сжала его руку в ладонях, чувствуя, что её снова начинает трясти. Она жмурилась, чтобы не дать волю потоку слёз, но всхлипы уже душили её. Колба из-под зелья скатилась на пол, прощально звякнув и найдя место среди тысяч других осколков.
Девушка успела подумать только, что сейчас запрет эту дверь, которую невозможно будет ничем открыть, и останется здесь навсегда. Со Снейпом, со своими воспоминаниями о Снейпе, которые сохранит до последнего вздоха, ведь на его месте следовало быть ей. Даже ничего этого не должно было быть. Это всего лишь кошмарный сон…
Дрожь сменилась судорогой, пальцы немели, их пронизывал потусторонний холод, словно Нина уже оказалась с Снейпом по одну сторону…материи.
