алкогольный напиток и наслаждаюсь сладостью.
— Поделишься? — интересуется Марк, делая
глоток виски из своего бокала.
— Прости, я сегодня не самая весёлая компания, — я тру лоб, чтобы снять с себя раздумья и решения, которые я должна принять и как можно скорее.
— Это из-за стычки в ресторане? — спрашивает
Марк.
— Да. Теперь я окажусь виноватой, что Ник
отчитал отца при всех, — я вздыхаю и снова тянусь в
трубочке.
— Ник? — парень прищуривается, а я цокаю на
свою дебильную привычку применять на людях его
сокращённое имя.
— Николас Холд. Считаю, слишком много чести
называть его полное имя, — поясняю я грубее, чем
должна и это лицемерие больно бьёт по моему сердцу
внутри.
— Забудь о нём, он же никто. Пошли лучше
потанцуем, — передёрнув плечами, Марк спрыгивает с
барного стула и залпом допивает виски.
— Пошли, — киваю я и вешаю сумку через плечо.
Он берет меня за руку и ведёт в толпу, и я тут же
жмурюсь, вспоминая другого...и не моего. Его руки. Его
губы. Его контроль.
Ненавижу его контроль. Ненавижу его желание
наказать меня за нарушение его правил, которых я
даже не знала.
Печаль и тоска по теплу Ника неожиданно
оборачивается злостью и желанием показать ему, что
он и правда для меня никто. Его слова не имеют
никакого веса для меня.
Марк обнимает меня за талию и начинает
двигаться. Мне ничего не остаётся, как улыбнуться, положить руки на его плечи и поймать его ритм. Этот
парень ничем не уступает в красоте Нику. Он даже
приятнее, словно ласковые волны в океане. Он
располагает к себе с первой секунды, но...но чего-то
не хватает. Огня в глазах? Наглости? Жёсткости?
Мы танцуем уже третью песню, а Марк не делает
никаких попыток быть ближе. Я вспоминаю, что у него
есть девушка и поражаюсь его выдержке и верности.
Вот такого мужчину редко сейчас встретишь.
— Почему ты так на меня смотришь? — громко
спрашивает Марк мне в ухо, что я вздрагиваю.
— Просто так, — жму я плечами.
— Мне надо отойти, — говорит он и резко
отстраняется от меня, оставляя одну на танцполе.
Нет. Всё же если несколько вещей, в которых они с
Ником похожи. Это в смене настроения и решениях.
Это новая тенденция в мире мужчин, и меня снова
забыли об этом предупредить?
Я прохожу сквозь толпу к бару, где сидит
вернувшаяся Амалия на барном стуле, закинув ногу на
ногу, и покачивает ей, попивая мартини.
— Все нормально? — произношу я, садясь рядом с
ней, и девушка кивает, хитро смотря на меня.
— Что такое? — удивлённо спрашиваю я.
— Тебе нравится мой брат, — выдаёт она вердикт, и я начинаю хихикать.
— Он хороший парень. И да, он мне нравится, но
не в том смысле, в котором ты думаешь, — отвечаю я.
— Почему? Он же свободен, — хмурится девушка.
— Эм...а Камилла? У него же есть девушка, и она
собирается приехать сюда,— медленно говорю я.
- А, это. Ну он соврал. Нам папа прожужжал все
уши про тебя, а особенно Марку. Он тебя
возненавидел с первых секунд, а сейчас понял, что ты
нормальная, а не фарфоровая кукла. А вот твоя
сестра такая. Поэтому он и рассказал тебе легенду.
Вообще, Марк разошёлся с Камиллой месяц назад, когда мы узнали, что переезжаем. Она закатила
истерику, и он помахал ей рукой, — рассказывает
Амалия, а я замираю от правды.
— Понятно, только вот я не планирую в ближайшее
время...вообще, пока ничего не планирую, — я сразу
желаю расставить все точно над i и уверенно
произношу свою речь.
— Он, видно, тоже, — хмыкает Амалия и кивает за
моё плечо.
Я оборачиваюсь, и с моих уст срывается стон
отчаяния с примесью злости. Марк стоит недалеко от
нас и смеётся вместе с Сарой. Мать вашу, Сарой!
Ну да, а что ты ожидала, Мишель? Это клуб её
отца, и конечно, ты знала, что она будет тут, как и
каждые выходные. Только вот почему мой мозг не
умеет думать наперёд.
— Ничего так цыпочка, — тянет Амалия, и я
усмехаюсь, поворачиваясь к бармену.
Я щелчком пальца зову его, и парень, улыбаясь, принимает мой заказ — текила. Да, мне необходим
хотя бы алкоголь, чтобы унять неприятные чувства
внутри. Ну почему? Вот за что жизнь ко мне так не
справедлива? Амалия и Марк мои. Мои знакомые, но
нет, нужно было появиться Саре с её шикарной
фигурой и подвешенным языком и испортить все к
чёртовой матери.
Бармен ставит передо мной рюмку, и я, расплатившись, залпом выпиваю её. Горячая жидкость
тут же проваливается в меня. Я разминаю шею, с
блаженством закрывая глаза. Последний раз я пила
текилу насильно, а язык Ника слизывал капельку
алкоголя с меня.
Извращенка!
— Миша, все окей? — мне пришлось открыть глаза
и посмотреть на удивлённую таким поведением
девушку, задавшую вопрос.
— Да, конечно, всё лучше, чем окей. Твой брат
сейчас флиртует с моей бывшей лучшей и
единственной подругой, это клуб её отца. Мы дружили
с начальной школы, и она предала меня, пыталась
забрать то, что было моим, обливала меня грязью и
рассказала мою подноготную одному человеку. В
общем, все прекрасно, Амалия, — я нервно смеюсь и
кладу руки на барную стойку, сцепляя их в замок.
— Мда, у Марка всегда был «отменный» вкус, — мрачно отвечает девушка, и я ей улыбаюсь.
— Да, брось. Он свободен, как оказалось. Сара
свободна. А я привыкла, — только вот отчего-то глаза
начинает щипать, и я жмурюсь.
