успокоилась, хотя в душе желала переодеться в более
свободную и молодёжную одежду и отправиться
праздновать этот день на вечеринку моего официального
парня в его загородный дом.
— И последняя, — констатировал моё появление папа
в тёмном смокинге, держа под руку маму в элегантном
тёмно-синем платье в пол.
— Сара? — отец вопросительно изогнул бровь, пока я
надевала белую норковую шубу до колен.
— Там встретимся, — бросила я, подхватывая
сумочку.
— Тогда в путь, — улыбнулась мама, и они начали
движение, а мы с сестрой как две обученные мартышки
следовали за ними.
Погрузившись в лимузин, папа откупорил бутылку
шампанского и предложил маме бокал. Понятное дело, что нам осталось пить только апельсиновый сок, от
которого и я, и Тейра отказались. Родители обсуждали
благотворительный приём, а я достала из сумки телефон
и писала смс Саре, уже так же выехавшей из дома.
Я не любила подобные мероприятия, для меня в силу
возраста и увлечений они были до неприличия скучны, но
положение отца в компании обязывало быть примерной
старшей дочерью. На меня возлагали надежды на
будущее. Как я могла нарушить мечты любимых
родителей? Правильно, у меня даже мыслей подобных не
было, потому я тихо плыла по течению в такие моменты и
старалась быть незамеченной как можно чаще... и
дольше.
Лимузин остановился у уже знакомого мне за
последние два года TIFF Bell Lightbox, где проходили
самые яркие события Торонто, и мы вышли на красную
ковровую дорожку, по которой мне удалось пролететь к
входу и не быть пойманной фотовспышками. Для меня
это лишнее, а вот для моей сестрёнки наоборот, она
купалась в этой роскоши и мнила себя знаменитостью, хотя самое смешное, что никто даже не знал о том, кто
она и не интересовался этим.
Мимо меня проходили гости, а я ожидала свою семью
у стеклянных дверей, кутаясь в шубу, чтобы спастись от
непогоды этим вечером.
Папа бросил на меня предостерегающий взгляд, говоривший мне о том, что мои скачки по звёздной
дорожке не прошли незамеченными им. Я только
закатила глаза и вошла вслед за родителями в холл, где
мы сдали верхнюю одежду и направились в главный зал.
Скука смертная. Я оглядела помпезное помещение и
нашла глазами наш столик под номером восемь. Оставив
семью здороваться и болтать со знакомыми, я пошла к
нему и благополучно приземлилась на мягкий стул.
Множество разряженных лиц и все играют друг перед
другом роли, на это смотреть было довольно противно, что мне пришлось встать и подхватить бокал с
шампанским, двигаясь навстречу подруге в золотистом
платье и с заплетенными в замысловатую прическу
шикарными рыжими волосами. Нереально красивая копна
её волос сводила меня с ума, и я бы отдала все за такую
густоту.
— Привет, дорогая, — Сара потянулась к моей щеке и
в воздухе поцеловала меня, на манер светских львиц.
— Привет, — протянула я, хлопая ресницами.
— Ой, ты даже не представляешь, какой ужас
случился со мной буквально пять минут назад, — подруга
взяла меня под руку и продолжала копировать писклявый
голосок комедийных блондинок.
— Боже, Боже, хочу знать, — я подыгрывала ей, хлопая ресницами и отпивая шампанское, пока мы
маневрировали между гостями к моей семье.
— Я едва отошла от шока, — она закатила глаза и
обмахала себя левой рукой.
— Ну же не томи, дорогая, а то я выпрыгну из своих
стринг, — я уже была готова смеяться, но вместо этого я
взвизгнула, что мужчина, мимо которого мы проходили, удивлённо обернулся на слове «стринги».
— В общем, я вхожу в зал и вижу, что ты, сучка, напиваешься уже без меня, — окончила фразу она своим
голосом, и я рассмеялась.
Подруга подхватила мой смех и мы, веселясь, подошли к компании, где стояли мои родители и младшая
сестра.
— А вот и она, — мама заметила меня первой и
повернулась к нам, размыкая круг. Мы ещё хихикали с
Сарой, перебрасываясь понятными только нам
взглядами, когда заняли свои места в этом шоу. Мне
пришлось опустить голову, рассматривая обувь людей, чтобы не показаться невоспитанной, но прекратить
смеяться я не могла.
Папа, как я и предполагала, начал знакомить меня с
парнем по имени Зак, племянником одного из
руководящих работников компании и его родителями и
дядей. Мне пришлось улыбаться и деликатно
отнекиваться от вариантов совместного завтрака, обеда
или ужина. Парень меня не впечатлил, совсем не
впечатлил.
Я никогда не задумывалась о любви, потому что
между моими родителями её не существовало. Они
поженились по сговору родителей, но единственное, в
чём они были искренни друг перед другом — это в
уважении. Ни у кого из них не было любовников, и каждый
чтил такой институт, как брак.
Любовь. Я даже никогда не была влюблена, гормоны
не затмевали разум, и я не хотела делать сумасбродные
вещи с каким-то парнем. Что во мне не так? Да, у меня не
такая эффектная внешность, как у Сары. Но я никогда не
завидовала ей, я симпатичная, а некоторые парни даже
считают меня красивой. Я ухаживаю за собой, холю и
лелею своё тело на тренировках в спортзале, но делаю
это исключительно для себя.
А нужна ли мне любовь? Зачем она? Чтобы
превратиться в одну из истеричек, коих вокруг и так
огромное количество, что можно отстреливать, и никто не
заметит?
