– Ну, – Иван Львович посмотрел на подчинённых взглядом дрессировщика пуделей, – завтра к утру от каждой структуры должны поступить предвыборные предложения, значит да от… типа вот этих, – и вновь ткнул карандашом в сторону Воровских. Все присутствующие засобирались, зашептались, зазевали и хотели уходить, как вдруг дверь распахнулась, словно от порыва шквалистого ветра. На пороге стояла Инна Михайловна с лицом Валькирии – спасительницы павших воинов – и широко расставленными руками. Все посмотрели на жену мэра с нескрываемым интересом. Она всегда появлялась неожиданно и производила фурор своими выступлениями.
– Ваня! Есть! – Глаза Инны Михайловны расширились, затем сузились и… прикрылись совсем в экстазе удовлетворённости от произведённого на присутствующих эффекта. Все молча ждали продолжения.
– Твоё спасение у меня в руках… – Она бесцеремонно подошла к столу, согнала жестом со стула начальника ЖКХ Хоря Нахимовича, и, усевшись нога на ногу, а рукой подперев поднятый вверх победоносный подбородок, рассказала о новом прорицателе, посланном свыше. При слове «свыше» предводительница местного бомонда указала бриллиантовым перстом вверх. Стоявший рядом, не имевший теперь своего места за столом Воровских внимательно посмотрел на палец, потом на потолок, который потрескался и был похож на одну большую паутину, потом на Ивана Львовича, а потом только на Инну Михайловну. Крякнув, он пожал плечами и ушёл в угол к стоявшему там покосившемуся креслу, куда и уселся, махнув рукой на происходящее.
– Да-да… и не маши на меня, Нахимыч. И вы все не смейтесь. – Она склонилась к мужу и, бросая тайные взгляды опытного конспиратора поочерёдно на всех сидящих за столом, поведала:
– У нас в бывшем торге, которым раньше руководил Эдуард Лазаревич, муж Софьи Никандровны, дочери директора электрозавода от первого брака со второй женой Юрия Петровича, ну… вспомни – такая блондинка с большим носом, маленькой грудью и кривыми ногами… Ну ещё у неё размер обуви сорок второй… платья носила приталенные… при её габаритах. Кошмар! Вспомнил? Неважно… Так вот, там в бывшем гастрономе – супермаркет… Хороший магазинчик, только…
– Ближе к делу, Инна, – крякнул мэр, натянуто улыбнувшись.
– Не перебивай… В этом супермаркете Катя работает… Так, ничего особенного, полновата… но серёжки у неё – ой… Где они такие берут? Так вот, у неё появился наставник.
Иван Львович Голова и его команда засиживались допоздна в прокуренных кабинетах.
При упоминании Кати мэр немного съёжился и втянул голову в плечи. Инна Михайловна не придала значения этому и продолжала:
– Учитель! Прелестный человек… да что там… Он… он… – Инна Михайловна потрясла поднятыми вверх ладонями… Короче – прорицатель, каких свет не видывал.
Многие присутствовавшие, опустив головы, улыбались. Перлы, выдаваемые женой градоправителя, давно были притчей во языцех. В городе часто цитировали её высказывания и, как догадался читатель, не по причине их гениальности.
– Вот тут твои помощники резвятся… Хихикают надо мной… Пусть. А я дело, Ваня, говорю! Дело… Он мне такое предсказал, что ты! Ну, а про всех всё знает, но молчит… до поры наверняка. Ну что тебе стоит встретиться с ним? Пусть подскажет… как выборы ваши не провалить… Убудет с тебя? Скажи… Нет, ты скажи, убудет?
– Инна… Михайловна! – строго попробовал пресечь пыл воспрянувший супруг. – Вы бы соблюдали, так сказать… А то у вас вон тоже, значит да от… того… улыбка звучит на глазах. Понимаешь ли, значит да от… У нас тут, кстати, совещание… секретное… Правда, товарищи? Ой, что это я? Правда, господа? – Иван Львович посмотрел на подчинённых глазами попавшего в капкан зайца.
– Да, конечно, – запричитали подчинённые…
– Совещание, а как же…
– Серьёзная тема, а тут такое…
Однако на взволнованную фурию сии доводы влияния не возымели. Она встала, поправила сбившуюся набок причёску и, поставив руки в те места, где должна была быть талия, закачала головой, выпятив нижнюю губу.
– Совещание у них, глядите, какие мы секретные… Ну-ну. Ты, Петька, своей Тамаре будешь мозги компостировать, а мне… знаешь – не надо, – и выставила большую ладонь с нанизанными на сардельки кольцами вперёд, в сторону начальника милиции Капца. – Выборы провалим – пойдёшь следом за нами… Солнечный Магадан покажется раем. И ты, Захар Захарыч, поплывёшь со своим этим. – Она закрыла нос двумя пальцами, явно намекая на основной вид деятельности начальника канализации, короля дерьма, воды и пара.
– Ну зачем вы так? Зачем, Инна Михална? Никто не против ваших предложений… так ссать… – поправляя очки, промурлыкал ответственный за медицину города Семён Семёныч Недобитый. – Просто я… как представитель традиционной, так ссать… академической медицины… Против всякого рода шарлатанства и…
– О! И ты, Сеня, туда же… Заголосил… Так «ссать» он. Ишь! Ссать или не ссать – про то нам не знать!
– Это я для связки слов. В смысле – так сказать. Я и в мыслях не имел ничего оскорбительного…
