— Зачем? — с фальшивой грустью воскликнула я. — Взрослый человек, такой, как ты, должен сам следить за своим режимом.
Оказавшись у себя в комнате, я разобрала кровать, завела будильник на пять утра и вытащила из коробочки блокатор. Надо же, и правда выглядит словно пульт от телевизора, только с тремя кнопками — красной, желтой и зеленой. Я перевернула пустую упаковку и потрясла ее, но никакой инструкции внутри не оказалось, на мои колени лишь выпал маленький кусочек из непонятного материала, коричневый квадратик, размером с ноготь большого пальца, весь испещренный линиями. Мопсиха Ада моментально кинулась к нему с явным желанием слопать.
— Фу, — прошипела я на нее.
Затем я взяла ненужный, невесть зачем оказавшийся в коробочке обломок, бросила его назад в пустую тару, осторожно вышла из своей комнаты, очень тихо добралась до кухни, смяла картонный футляр, сунула его в помойное ведро, потом на цыпочках прокралась в коридор и встала в холле. Наша квартира соединена из двух, поэтому она имеет не совсем обычный вид. Там, где ранее имелась стена, разделявшая апартаменты, теперь образовалось пустое пространство, которое мы используем в качестве библиотеки. Если встать посередине не предусмотренной архитекторами жилой площади, то можно увидеть двери почти всех комнат и кухни.
Замерев в нужной точке, я прислушалась. Так и есть, из комнат Кирюши и Лизаветы доносятся характерные звуки, похожие на «ку-ку». Это работает программа ай-си-кью, в просторечье «аська».
Вот какие противные, не хорошие, вредные дети! Ну что ж, сами виноваты. Не хотели слушаться старших и вести себя нормально? Получи, фашист, гранату!
Палец мой нажал на красную кнопку. «Ку-ку» мгновенно стихли. Стараясь не производить шума, я в два прыжка добралась до своей спальни и забилась под одеяло.
Из холла послышались громкие голоса.
— Лизк, у меня комп умер.
— Мой тоже гавкнулся.
— Чё случилось?
— Электричество есть.
— А чего ж они сломались?
— Не знаю.
— Замолчите! — крикнул Сережка. — Ночь на дворе, спать давно пора!
Школьники перешли на шепот, потом дверь в мою комнату приоткрылась.
— Лампа, — прошипела Лиза.
— М-м-м, — попыталась я изобразить сонную тетерю.
— Спишь?
— М-м-м.
— Не знаешь, отчего у нас компы ёкнулись?
— Рядом новую ветку подземки ведут, — бормотнула я, — работают по ночам, потому что от аппаратуры метростроевцев в округе электронику глючит, во всех офисах компьютеры отключаются.
— Во, блин, — топнул Кирик. — И долго они тут ковыряться будут?
— Понятия не имею, — зевнула я. — Извините, совсем сплю.
Ровно в восемь утра я подошла к справочному бюро аэропорта и огляделась. Как ни странно, но вокруг было много народа. Ну, и кто из присутствующих встречает любимую племянницу Михаила Петровича? Женщина с двумя детьми явно ни при чем, дедушка, обвешанный сумками, и три школьницы, весело обсуждающие какую-то животрепещущую для них тему, тоже. Остались лишь два кандидата: парень в мятых джинсах, нервно крутящий головой в разные стороны, и мужчина при полном параде, в идеально вычищенной черной куртке, наглаженных брюках и блестящих ботинках. Он навалился на закрытый газетный киоск и мирно дремал. Дядька явно никого не ждал, это был, скорее всего, несчастный, улетавший ни свет ни заря в командировку.
Решив, что взволнованный юноша более подходит на роль посланца раскаявшегося папаши, я подошла к нему и вежливо сказала:
— Здравствуйте.
— Чего надо? — вскинулся парнишка.
— Вы не меня высматриваете? Я к Антонову.
Молодой человек кашлянул, потом ехидно заявил:
— Я жду бабку, будущую тещу. Ты Мотькина Любовь Семеновна шестидесяти двух лет от роду?
— Конечно, нет, — улыбнулась я.
— Тогда до свиданья, — повернулся ко мне спиной юноша.
Я в недоумении начала топтаться на месте. Стрелки часов сначала показали четверть девятого, потом половину… Недоумение переросло в полную растерянность. Может, я спутала аэропорты?
— Михаил Петрович, — послышался сбоку баритон, — никто пока не подходил, я уже целый час с места не двигаюсь.
Я быстро повернула голову: мужчина в черной куртке разговаривал по мобильному телефону.
— Понял, до десяти стою!
— Вы не меня ждете? — осведомилась я, когда дядька сунул трубку в карман. — Разрешите представиться: Лаура Михайловна Иванова.
— Во цирк! — выпучил глаза мужчина. — Чего до сих пор молчала? Могла раньше подойти.
— Мне не описали встречающего, — попыталась оправдаться я.
— Как это? — завозмущался мужчина. — При мне хозяин по телефону объяснял, мол, у справки Сережа будет, наш шофер, высокий, красивый…
Слегка рассердившись на Лауру, которая забыла донести до исполнительницы роли племянницы столь ценную информацию, я навесила на лицо самую сладкую улыбку и пропела:
— Ой, вот как глупо получилось… Извините, пожалуйста…
С водителем тоже необходимо наладить хорошие отношения. Прислуга, в особенности та, что служит в доме много лет, очень часто имеет влияние на хозяина. А еще многие люди назидательно повторяют: «Любишь меня, люби и мою собачку». Конечно, Сережа не болонка, но он не должен на меня злиться.
— Где багаж? — хмуро поинтересовался водитель.
