У фигуристой девушки Кэссиди Блю было разбито сердце, когда она застала своего жениха и младшую сестру вместе. Несмотря на скандальный характер этих отношений, жители города решили сделать вид, что ничего не произошло — ну, все, кроме Кэссиди, конечно. Кэссиди становится неуверенной в себе, столкнувшись с приближающимся бракосочетанием и с необходимостью отдать бабушкин дом сестре, которая унаследует его после свадьбы, с матерью, которая не может выбрать между своими дочерьми, и с городом романтиков, настроенных на свадьбу, даже если она уничтожает сердце Кэссиди. Кэсс находит отвлечение от своего гнева в самом неожиданном месте — в объятиях старшего брата своего бывшего жениха, Джейсона Кинга. Он живёт в Нью-Йорке и приезжает на несколько недель, успокаивая её мысли и удовлетворяя её тело. Для Касс он — идеальный бальзам, залечивающий её раны. Он временный и ненасытный, и, кажется, ему нужна такая крупная девушка, как Кэссиди, так же сильно, как ей нужна его сила. Он не сможет причинить ей вреда, если всё, что она хочет от него — это секс. Тропы\теги: o Современный роман o Альфа-самец o Фигуристая героиня o Богатый герой o Эротика Предупреждение от автора: Этот эротический роман содержит сцены очень графического и взрослого характера, которые некоторые могут счесть оскорбительными. Эта история предназначена только для взрослых. Это вымышленное произведение. Любое сходство с реальными людьми или событиями является чисто случайным. Пожалуйста, используйте только безопасные сексуальные практики по обоюдному согласию. Помните, что это произведение — плод воображения и фантазии. Все сексуальные действия, описанные здесь, происходят между персонажами 18 лет и старше и всегда по обоюдному согласию.
Глава 1
Бомбу доставили ко мне домой в кашемировой коробке голубого цвета Тиффани1, дважды перевязанной атласной лентой кобальтового цвета, внутри которой лежали подходящие атласные подушечки. Кашемировая коробка была упакована в простой, невинный белый почтовый пакет, набитый зелёным упаковочным гранулированным наполнителем мятного цвета. Именно так она и попала внутрь, выглядя чертовски непритязательно. Её принесли перед ужином вместе с почтой и кошкой.
Пока Мистик плакала у моих ног, потому что её миска была пуста, я свалила счета в одну кучу, нежелательную почту — в мусорную корзину, а белую коробку, адресованную Кэссиди Блю, но без обратного имени, — на кухонный островок. Затем насыпала ей корм в тарелку, пока она болтала о своем кошачьем дне, о шерсти, полной грязи и сена из сарая, и о новой зазубрине на правом ухе от её непрекращающейся войны с местным семейством енотов. Они ненавидели её, а она их, и я потратила лето на то, чтобы узнать много нового о лечении кошек в домашних условиях.
Ужин ждал своего часа в холодильнике, его нужно было только разогреть. Ничего особенного для девушки, живущей одной на окраине города, но всё же мне нужно было включить духовку. А может, и чайник. Гроза окрасила горизонт в цвета раннего заката. Нужно было подготовиться к дождю.
Но по какой-то причине я ничего из этого не сделала. А стояла перед кухонным островом, пока темнеющее небо заливало комнату тусклым серым светом. Мне нужно было включить свет, наполнить водой миску Мистик, включить духовку, поставить чайник, задраить люки, ухватиться за что-нибудь и держаться изо всех сил. Вместо этого я извлекла из заднего кармана перочинный нож и провела его острием по центральной ленте.
Гранулы наполнителя рассыпались. Мистик бросила свою миску с едой и набросилась на них, прежде чем я смогла их забрать.
Я раскидала гранулы в разные стороны, пока не нашла голубую коробку цвета Тиффани. Она была размером с книгу в мягкой обложке. Достаточно большая для динамитной шашки.
Ленточка поддалась, но, когда я попыталась снять крышку, коробочка открылась не сразу. Мистик врезалась в мою ногу, пытаясь поймать и укротить неконтролируемые гранулы наполнителя, которые затем полетели по скользкому деревянному полу. Она устроила дикую погоню, скребя задними когтями в поисках опоры, когда бросилась животом вперед на своего злодея, а я наконец открыла крышку.
И тут мой мир взорвался.
Глава 2
По всему небосклону Небраски тянулась беспросветная темно-синяя полоса, пока она не поглотила последние лучи летнего солнца. Над моим викторианским фермерским домом небо было серым и бескрайним, но прошло совсем немного времени, прежде чем грозовой фронт затмил город Касл-Крик и утопил нас всех. Не то, чтобы я возражала. Это было бы благословением, если бы Касл смыло прямо в реку, и о нем больше никогда не было слышно.
Я прижалась кончиками пальцев и носом к окну, выходящему на крыльцо моего дома и на люцерновые поля2 на западе. Это была земля Кингов. Почти всё, что можно было увидеть из любой комнаты моего дома, принадлежало одному из Кингов. Мой дом, сарай и гараж — всё, что ещё не принадлежало Кингам на этой стороне города, но благодаря бомбе в коробочке цвета Тиффани даже это продлится недолго. Два месяца, и моя сестра выйдет замуж за Кинга и унаследует всё, включая мой дом.
Не подумайте, что сначала я не решила сжечь его дотла. Я поставила кипятиться чайник, усадила Мистик на заднее сиденье своей машины и отправилась в гараж за бензином. Джонатан Кинг всё равно продаст старый фермерский дом в стиле Королевы Анны или снесёт его бульдозером, но, по крайней мере, мой бывший жених и предательница сестра не получат удовольствия от того, что хоть одну ночь спали в моей постели.
Первая капля дождя ударила по крыльцу. Я впилась кончиками пальцев в хрупкий проржавевший карниз и подумала, не сяду ли я в тюрьму за поджог собственного дома. Я думала, сможет ли шериф посмотреть мне в глаза и решить, что я не заслуживаю такого удовольствия.
Во время настоящей грозы в Небраске с миром происходило что-то странное. Свет менялся, из-за чего местами краски вымывались, а местами приобретали темный окрас. Всё стало сине-серым, как во сне, а любой житель Небраски знал, что времени на то, чтобы вывести всех в безопасное место, не так уж много.
Может быть, поэтому я и поступила так, как поступила, потому что ничего этого не могло быть на самом деле. Мир так не работал. Это должен был быть сон.
Я распахнула дверь и спустилась по ступенькам на задний двор. Дверь с грохотом распахнулась, и я с разбегу влетела под белые простыни, хлопающие и рвущиеся на ветру. Мои ботинки коснулись мягкой земли фермерских угодий Кингов, и я продолжила путь.
